– Мне твою кондитерскую рекомендовали так долго, что я не вытерпел и пришел, даже не зная, что она твоя, ангел.
Зачем он мне все это говорит? Просто ради того, чтобы побесить и задержать? Отвлечь от моих дел?
– Моя, да. Как видишь, я смогла воплотить мечту в жизнь.
Наиль прищуривается, его глаза затягивает чернота, и я сглатываю комок в горле.
– А не свалила бы, десять бы таких кондитерских было.
– Для чего мне десять? Чтобы закрывать глаза на твои гулянки? – трясу волосами. – Ну уж нет. Я не покупаюсь, и ты это знаешь.
Наиль медленно обводит взглядом помещение, и на его губах появляется злая улыбка. И я уже настраиваюсь на то, что сейчас он мне скажет очередную гадость.
– А на эту ты, наверное, заработала сама, просто я не заметил? Или все же тут мои бабки вложены, а, милая жена?
Дергаюсь как от удара. Поднимаю глаза и замечаю в окно, как к моей кондитерской идет мама с коляской. А в ней Мира и Мила…
О нет! Наиль не должен их увидеть!
Рвусь из захвата, чуть ли не перевернув столик, на котором стоит заказ Наиля.
Он хмурится, а я готова опуститься до просьбы, только бы успеть и мама не зашла сюда. Иначе крах всему!
Он увидит наших дочек и поймет, что они его… что я скрыла их. И одному Богу известно, как он отреагирует.
– Наиль, ради бога, мне нужно идти. У меня масса дел, – стараюсь сохранять спокойствие и в поведении, и в голосе.
– Куда ты так рвешься?
Сжимаю зубы и рычу. Наиль дергает головой и хочет повернуться к окну. А дальше я действую на каком-то идиотском инстинкте.
Обхватываю его лицо руками и наклоняюсь к нему.
Серые глаза расширяются, пока бывший муж пытается сообразить, из-за чего во мне так резко произошла перемена.
– Наиль, – выдыхаю чуть ли не ему в губы, – ну для чего нам при каждой встрече показывать, у кого сколько силенок?
Сама не понимаю, что я несу и чего жду. Но мне нужно как-то его отвлечь от окна. Он прекрасно знает мою маму, и ему ничего не стоит заметить ее среди толпы. Ее и коляску с нашими дочками.
– Считай, этот заказ как жест дружбы, – тяну губы в улыбке, стараюсь сильнее не приближаться к его лицу, – скажешь, что я угостила.
А мне и правда пора.
И я вырываюсь. Пользуюсь его растерянностью и сматываюсь от него. Бегу к запасному выходу и достаю телефон. Ищу номер мамы. Молюсь, чтобы она подняла трубку, и мои молитвы кто-то слышит.
– Алло, Маришка, а ты на месте? Мы тут к тебе с малыми решили зайти.
– Мам, быстро иди в другую сторону.
– А что такое, дочь?
–Ма-а-а-а-а, – скулю, – зайди за кусты.
