– А то угонишь опять. Кстати, когда ты научилась водить?
Пожимаю плечами.
– Обстоятельства вынудили. Хотела машину купить, чтобы возить девочек, но пока не складывается.
– Тебе нужна машина? – тут же настораживается Таранов.
Поворачиваюсь к нему.
– От тебя — нет. Сама справлюсь, милый.
Растягиваю губы в притворно-дружеской улыбке, Наиль же плотно сжимает свои, ничего не ответив. Быстро выходит из машины, возвращается уже с пакетом и усаживается на водительское место.
Я же пытаюсь изобразить из себя сидение.
Не хочу я больше вступать в диалог. Наиль косится на меня, но молча заводит машину, и мы трогаемся с места. Замечаю, как дергается его рука, которая лежала на подлокотнике, и на миг он тянется к моей коленке.
Внутри все застывает… Вспоминаю, как он всегда стискивал мою коленку, стоило мне только сесть в машину.
И вот сейчас я перестаю дышать и жду, что он сделает. Но Наиль сжимает руку в кулак и роняет снова на подлокотник, а я могу дышать дальше.
– Как ты узнал про девочек? – все же не выдерживаю, потому что этот вопрос разрывает мне мозг со вчерашнего вечера.
Наиль облизывает губы, его глаза внимательно всматриваются в бегущую перед машиной дорогу. Кажется, что он не собирается удостаивать меня ответом, но потом я вижу, как его губы размыкаются.
– Надо сказать спасибо какому-то дотошному журналисту, выдавшему очередную статейку, в которой спрашивается, какого черта я бросил своих детей и подался в политику.
– Ты узнал о детях из газеты? – открываю рот от удивления.
Таранов хмурится и одаривает меня потемневшим взглядом.
– Ну ты же не удосужилась мне рассказать. Да, из газеты, мать его. Из какой-то сраной газеты.
Снова заводится. Рука на руле сжимается, проявляя косточки на тыльной стороне.
– Я собиралась… – снова начинаю, получаю смешок и тут же захлопываю рот. Мои оправдания ему не нужны.
– Ага, я это уже слышал. Приехали, ангел. Веди себя хорошо, – скалится и тянется за пакетом, который кинул на заднее сидение.
Читаю надпись и открываю рот.
– Зачем ты меня сюда привез?
Областная клиника.
Самая лучшая в городе.
И первая мысль, которая меня пронзает:
– Ты болен?
Таранов оборачивается и скептично выгибает брови. Моя рука замирает на ручке двери, а я жду его ответ.
– И не мечтай. Я здоров как бык. Сиди ровно, помогу.
Выходит и огибает машину. Дверь с моей стороны распахивается, и он протягивает руку. Неуверенно вкладываю свою и соскакиваю с порожка, задевая его грудь.
– Так зачем мы тут?
Наиль выдыхает.
