– Милая, милая кошечка, опусти этого злого вампира, мы уже наказали его, – Маркуус увещевал жену отпустить лицо голубоволосого, по одному отдирая коготки от сдерживающего стон молодого человека. Увидев, что Снежана замерла, Марк подложил: – Посмотри, он спутан магической нитью, она сдерживает его. Если бы не пришлось искать тебя под водой, то мы бы разорвали его на месте, но нам пришлось разделиться.
Кошечка мурлыкнула, полностью успокоилась и, сидя на ладонях Марка, потёрлась чёрной головой о них.
– Вкусный мишка, – она играючи спрыгнула с рук и вновь скрылась в траве.
– Маркуус! – простонал Алекс. – Ты чего, как осёл, уши развесил, опять упустил жену, лови её. Уходить нужно, пока ещё какие-нибудь любопытные гости не нагрянули сюда. – Снежечка, милая, иди сюда, я тебе вкусного молочка налью. А хочешь конфетку?..
Мужчины под хриплый хохот вампира кинулись вновь, как считала Снежана, играть с ней.
Её чёрный хвостик мелькал то у ног Алекса, то у ног Марка, не даваясь в руки ни тому, ни другому.
Глава 25. Главный министр
Главный министр Седрик Славиус, единокровный брат императора Реджинальда Славиуса, сидел в своём кабинете и размышлял.
Матери у мужчин были разные. Министр где-то в глубине души одновременно любил и ненавидел своего брата.
Любил с детства, как брата, который всегда был рядом, во всех играх и проказах, но именно в детстве и начал его ненавидеть. Если их ловили, то Реджинальда, как законного наследника трона, даже пальцем не трогали. Да что там пальцем, даже словом не могли упрекнуть.
А вот Седрику перепадало так, что иногда он не мог сесть на пятую точку.
А сколько нотаций он выслушал за годы взросления – и не счесть. Ещё будучи ребёнком, ему казалось, что отец их любит одинаково, но, когда детям исполнилось по одиннадцать лет, их разлучили, указав бастарду на его место.
Негоже наследнику престола появляться в обществе байстрюка. Оказывается, таких братьев и сестёр по двору императорского дворца бегало больше десятка. И всех, конечно, император любил, но признавать не собирался.
Все женщины, что когда-то побывали в спальне батюшки Седрика и вдруг по какой-то неожиданной случайности беременели, то в первую же неделю после такой новости счастливо выходили замуж за придворного вельможу, благо выбор был огромен, а то и за двух мужчин сразу. Так что ребёнок, рождённый в браке, признавался счастливыми мужчинами сразу и безоговорочно. Тем более вельможи почему-то незамедлительно получали повышение по службе.
