– Кирилл так не считает.
– Его проблемы.
– Слушай, мужик при смерти, а ты кочевряжишься!
– У мужика есть жена. – напоминаю я. – А я ему никто.
– Маш, перестань. Ты же знаешь, что все не так. Ему сейчас нужна твоя помощь и поддержка, как никогда! – горячо заверяет меня босс.
– Каким образом? Он будет в Германии, а я тут.
– Он просит тебя… – взгляд шефа становится острым, бездонным, – поехать с ним в Германию. Быть рядом во время операции и после.
– Ха-ха, очень смешно. – злюсь я. – Пусть Сабина едет и будет с ним.
Она у нас любительница путешествовать.
– Маш. Ему не нужна Сабина. Ему нужна ты.
– Я не пойду на это. А если бы и согласилась, то куда он предлагает деть моих детей? Неужели на Матвея повесить?
– Нет. Мы подберем тебе ответственную няню. Или двух. Чтобы дети были под круглосуточным присмотром. – тут же отметает все проблемы Савелий Игоревич.
– Нет. – встаю я из-за стола. – Никаких нянь мне не нужно. И я никуда не поеду! – выхожу из кабинета, цокая каблуками.
Кирилл совсем сбрендил, если думает, что я сейчас все брошу и полечу с ним, выхаживать и ублажать его после операции.
Мне очень жаль, что с ним приключилось подобное, у меня ноет и болит сердце за него. Но я никогда не поеду к нему, зная, что он чужой муж.
Глава 36
Следующие дни я нахожусь в полусонном состоянии.
Переживаю за Кирилла, но даже спросить не у кого, как проходит его операция и лечение в Германии. Там должны быть отличные врачи. Ничего плохого с ним случиться не должно. И я не должна думать о нем.
У него есть Сабина. Пускай она думает и переживает.
Благо мое состояние не позволяет мне окунуться в депрессию с головой. Я тупо сплю. Все время. В маршрутке, по дороге на работу. В кабинете клюю носом в экран. Это – адское мучение, когда нестерпимо хочется спать, но с тобой в кабинете работают еще четверо сотрудников, и тебе попросту неудобно уронить голову на руки и забыться на полчаса.
Сплю дома, едва переделав все дела с готовкой и поиграв с детьми. Сразу проваливаюсь в сон, едва донеся голову до подушки, и сплю как убитая до звонка будильника.
Несколько раз даже просыпала утром, но благо, прибегал Матвей из другой комнаты и ругался, что мой телефон орет на всю квартиру, а я не слышу.
– Слышь, сеструха, что-то с тобой не то творится. – замечает Матвей за ужином. – Ты постоянно уставшая, как сонная тетеря. Цвет кожи уже не бледный, а зеленый. У тебя зверский аппетит, и тебя тошнит, когда я жарю чего-то на масле.
