Двойной шанс для истинной (СИ)

У меня было время составить его настоящий портрет, не замутненный розовым туманом влюбленности."

"Ах, какой восторг я испытала при первой нашей встрече. Как радовалась метке истинной вспыхнувшей между ключицами. Я же фактически боготворила его. Слепо верила всем словам. Только дед пытался меня образумить и бросал скептические реплики на все мои восторженные рассказы.

Мне повезло, что мы познакомились на мою семнадцатую весну. Богиня не одобряла ранние браки. И Энжеру пришлось ждать. До совершеннолетия еще был почти год.

И за этот год многое изменилось.

Теперь я сама госпожа своей судьбы. Мой единственный родной человек умер от внезапного удара. Неожиданная и очень острая потеря. Больше никого у меня не осталось.

Дед воспитывал меня практически с младенчества, потому что мои родители погибли при пожаре. Я их и не помнила совсем. А вот старого Химма, взявшего на себя заботу о своей единственной внучке, я воспринимала как отца, и как мать, и как всех остальных родственников.

Он заменил мне семью. Старался дать мне всю свою любовь и заботу, за обоих родителей.

Воспитывал и учил. Многому учил. Именно он открыл мой дар. И не поскупился на учителей, чтобы его развить. Поддерживал меня во всем. Никогда я не слышала от него грубого слова или ругательства.

Дед всегда был спокойным и рассудительным. Любил свое дело. Правда последние годы зрение стало очень сильно его подводить. Не помогали никакие лекари или магические средства. Глаза болели, краснели и слезились. Я как могла старалась ему помогать.

Он ведь показывал мне как. Но от многих заказов пришлось отказаться. Остальные мы делали вместе. Дед говорил, я выполняла. Конечно, без опыта, что-то сложное и дорогое он мне не давал делать.

Не мог мой дед подвести заказчика или сдать некачественную работу. Слишком дорожил своим именем и репутацией. Честным был… Это и не дало ему пробиться высоко в прежние времена, а после, с его недугом, поток клиентов превратился в слабенький ручеек. Все ушли к конкурентам.

Он очень переживал.

Много говорил о том, что я должна сохранить его мастерскую за собой. Не отдавать Энжеру и дом тоже. Я кивала, но его слова тогда пролетали мимо моих ушей.

Потом только прозрела. И дом не сохранила и мастерскую продала за полцены. Только и забрала его старый набор для ювелирного дела. Он был старомодным, но дед работал только с ним и меня приучил. Я любила эти потертые, отполированные частыми прикосновениями ручки, матовый блеск металла и вычурный орнамент на ящике.