Во-первых, при дворе каждого уважающего себя монарха есть специально подготовленные люди, которые обязаны проверять пищу и питье…
— А если монарх или кто-то из его семьи не присутствует за общим столом. Скажем, по причине болезни, ест в своих покоях? — перебила я Олива, заметив его укоризненный взгляд.
— Во-вторых, — профессор поднял вверх указательный палец, — у каждого в королевской семье должен быть специальный артефакт. И вы, ваше высочество, должны бы это знать! И в описанной вами ситуации, именно таким артефактом и проверяют пищу.
А вот это уже интересно! У Камилы то его нет! А если он был, но ему помогли потеряться!
— А откуда берутся эти самые артефакты? Кто их выдает семье? — где мне его найти — то?!
— Они хранятся в королевской сокровищнице и выдаются всем членам королевской семьи. При утере же кем-то такого артефакта, следует сразу доложить о пропаже его величеству.
— Они настолько дорогие? — удивилась, представив, как появлюсь перед Ричардом с повинной.
— Нет! Дело не в ценности артефакта! Дело в ценности каждого члена королевской семьи! — разумно заявил профессор, теперь уже удивляясь моей непонятливости.
— Еще на большинство ядов существуют, разумеется и противоядия. Но тут уже работа лекаря, чем больше у него опыт работы с этими страшными веществами, тем быстрее он сможет определить наличие яда в организме и к какому из видов он относится, — невозмутимо продолжал профессор, не замечая моей отстраненности.
Придется идти на поклон к его величеству. А как вообще выглядит этот странный артефакт? Почему в воспоминаниях Камилы не всплывает даже его примерное очертание? Наверное, потому что она им не пользовалась.
Именно поэтому преступнику не составило особого труда медленно травить девушку.
При малых дозах она, возможно чувствовала недомогание, и лекарь не мог определить яда в ее крови. Он ведь, скорее всего был уверен, что принцесса добросовестно пользуется тем самым артефактом.
Глава 22
Глава 22.
Больше, чем любопытство заглянуть в тайник, меня мучил вопрос, как разузнать у Ричарда про артефакт.
Разумеется, я могла бы просто прийти и сказать, что он пропал.
Но!
Я ведь даже не представляю, как он выглядит!
А вдруг он валяется где-то в моих покоях? А может преспокойно лежит в шкатулке с драгоценностями, а я не подозреваю, что какое-то из колечек или подвесок является тем самым артефактом.
И если его действительно отыщут у меня, по приказу его величества, я могу накликать на себя беду.
