Я сам не понял, как в одной руке появился пистолет, в другой — палаш. Мне как-то пофиг стало на все условности. Опять на душе появилась легкость, в мыслях — бесшабашность и какая-то непонятная готовность убивать. Я с улыбкой спросил:
— Что же вы, господа, остановились? Вам ведь так хотелось поглумиться, я готов вас развлечь.
Выдержал паузу, не дождался ответа и добавил:
— Смертью.
Рука с пистолетом сама начала подниматься, а в мыслях мелькнула:
— Я вам, суки, сейчас устрою развлечение!
Со стороны дома раздался голос князя:
— Командир, не надо стрелять.
Они уже извиняются и уходят. Правда господа?
Ух, как он умеет. Нажал голосом, аж самому захотелось вытянуться по стойке смирно.
Офицеры дружно закивали головами в знак согласия, а один ещё и голос подал:
— И в мыслях не было ничего такого.
— Да, да, я поверил, — подумал я про себя. Убрал пистолет в кобуру, палаш — в ножны.
Князь тем временем снова обратился к офицерам:
— Вы товарища-то заберите, замерзнет ещё.
Когда офицеры ушли, князь произнес:
— На минуту нельзя оставить.
Тут же в неприятности норовишь попасть.
Я хотел ответить, но князь не дал и продолжил говорить:
— Видел все и слышал. Ты всё правильно сделал. Только вот за оружие браться не нужно было.
Отмахнулся и ответил:
— Пристрелил бы придурков, да и ладно.
— Командир, прекращай вести себя, как мальчишка. Тебя ещё не раз и не два провоцировать будут. Научись отвечать так, чтобы дворяне тысячу раз подумали прежде, чем задевать.
— Думаешь попробуют ещё? — Я тоже перешел на «ты».
— Обязательно найдется дурак, который полезет выяснять, насколько ты действительно смелый.
— Значит, объясню, — ответил я и улыбнулся. А потом добавил:
— Весело здесь, даже уезжать не хочется. Жену бы только отправить домой, чтобы не волновалась. И можно было бы развлечься.
Князь на это только головой покачал и ответил:
— Пожалуй, ни на шаг не отойду от тебя до отъезда.
Тут разговор прервали бойцы, которые привели маршала и начали усаживать его в карету, стоящую на дороге Пора было ехать, поэтому мы направились к лошадям.
По дороге князь всё-таки добавил:
— Командир, будь посерьезнее. Не надо здесь вырезать офицеров, могут и не простить. Война ведь идёт.
Я только кивнул ему головой в ответ.
Возле шатра командующего наблюдался ажиотаж. Оказывается, слухи о нашем прибытии разлетелись, и народ подтянулся посмотреть на пленного маршала. Величина, как не крути. Долго держать на улице нас не стали и уже через несколько минут проводили внутрь.
