Двурогий. Попаданец к Александру Македонскому

Тирская трирема попыталась увеличить ход, было слышно, как часто бьет на ней барабан. Но не успели, совсем немного. Таран финикийской биремы ударил в борт недалеко от кормы. Треск дерева, шум воды, ворвавшейся в корпус триремы, крики гребцов. Удар был силен. Стой его воины на палубе – послетали бы в воду. Предупреждение биерарха оказалось своевременным. После удара Алексей сразу вскочил, выхватил меч.

– Опустить мостик! – приказал он.

К мостику бросились двое гоплитов. Мостик служил для абордажа. Один конец его, довольно узкий, в две доски шириной, был закреплен на палубе.

Алексей видел римские (значительно позже по времени), они были совершеннее, имели на конце бронзовый крюк, называвшийся клювом. Стоило сбросить такой мостик, и он цеплялся за палубу вражеского корабля, не позволял расцепиться, разойтись судам после тарана. Алексей, подавая пример своим гоплитам, первым бросился на мостик. Три-четыре прыжка – и он уже на чужом судне. Рулевой на вражеском корабле в испуге прикрылся руками. Алексей мощно пнул его, и рулевой с воплем полетел за борт. Капитан триеры, триерарх, схватился за меч. Но воин из него был скверный. Оба удара его меча Алексей принял на щит, сам нанес укол мечом в грудь. На триерархе был кожаный жилет. Такой может выдержать рубящий удар, но не колющий. Обливаясь кровью, триерарх упал. Главное в бою – убить командира, тогда команда лишится «головы». Капитаном ставят человека опытного, есть еще помощники. К гоплитам по палубе уже бежали тирийцы.

– Встать в шеренгу! – приказал Алексей.

Гоплиты построили шеренгу поперек палубы на корме. Такой строй можно пробить лишь копьями фаланги или тяжелой конницей. К тому же у тирийцев не было щитов. Но их было много, раза в три больше, чем гоплитов. Первые набежавшие были тотчас заколоты.

– Шаг вперед! – закричал Алексей. – Коли!

Гоплиты шагнули левой ногой, сделали выпад и уколы мечом. Есть впереди, в досягаемости, враг или нет, не играет роли. Шеренга ощетинилась мечами, прикрылась щитами и медленно, но неотвратимо стала теснить тирийцев.

Одно беспокоило Алексея: с нижнего кринолина доносится шум воды. Судно медленно, но уже заметно кренится на корму. Он сообразил, что скоро, набрав воды в трюм, трирема пойдет ко дну. Чтобы не последовать за ней, биерарх даст задний ход, высвобождая таран из борта вражеской триремы, и тогда участь гоплитов будет печальна. На гребных судах гребцы могли быть свободными людьми или рабами. Рабов приковывали к скамьям цепями.