— Почему она засунула тебе под кресло куклу? Зачем хотела убить, если, как ты говоришь, вы не знакомы?
— У этого поступка может быть очень простое объяснение, — опять без спроса влезла я."
"Томас досадливо дернул уголком рта и уже не угрожающе, но устало посмотрел на меня, словно удивляясь, что я осмеливаюсь говорить без его разрешения.
— Какое же? — не выдержал первым Велдон.
Вместо ответа я бросила многозначительный взгляд на Раяну.
Служанка настолько увлеклась нашим разговором, что даже перестала опираться на клюку.
Правда, заметив, что на нее обратили внимание, поспешно сгорбилась, да так, что едва не ткнулась носом себе в коленки.
Я покачала головой. Сдается, не такая уж Раяна и дряхлая, как хочет это представить. Скорее всего, постоянное демонстрирование старческой немощи помогает ей избегать многих неприятных обязанностей по дому. Вряд ли Велдону хватит решимости заставить старуху мыть пол, к примеру, если она ходит-то с трудом.
Одно непонятно: почему он еще держит ее в качестве служанки? Или она настолько давно работает на него, что ему просто неудобно дать ей расчет?
— Да, ты права, — опомнился Томас и выжидающе посмотрел на Велдона.
— Что? — удивился тот. — Что ты на меня так уставился? Опять что-то не так?
— Я думаю, мы услышали от твоей служанки все, что нас интересовало, — с нажимом проговорил Томас. Правда, тут же запнулся и потер подбородок, протянув: — Хотя…
Я нахмурилась. Что еще он хочет спросить у Раяны?
Но следующего его поступка я предугадать не смогла.
Потому что Томас вдруг одним быстрым размытым движением скользнул к стулу, на котором я сидела. Я не успела удивиться или испугаться, как он ловко перехватил меня за обе руки и вздернул на ноги. А затем приник к губам в поцелуе.
Да, моим первым и вполне понятным желанием было оттолкнуть его и дать хорошую такую оплеуху, чтобы ладонь аж загудела. Ишь ты, шустрый какой! Вчера меня целовал, сегодня опять продолжает. Понравилось, что ли?
Но почти сразу меня захватил вихрь эмоций.
Томас действовал пусть и очень настойчиво, но его губы оказались безумно мягкими и сладкими на вкус.
Неожиданно я обнаружила, что сама обнимаю его. Так и хотелось запустить пальцы в его густые темные волосы, прижаться к нему со всей страстью… Я обвила руками его обнаженные плечи, наслаждаясь прикосновением. Надо же, а теперь я совершенно не смущаюсь, что Томас стоит передо мной с обнаженным торсом. Даже успела забыть об этом обстоятельстве за время разговора.
