Его превосходительство понимать, что китайские купцы сделали все возможное. И он знать, что есть иноземцы, согласные с его приказом. Вся беда от кучки торговцев. Пришла пора наказать преступников, творящих зло.
— И о ком же речь?
— А как вы думаете?
— Дент и Бернэм?
Комптон кивнул.
— Джардина нет, и Дент занял место первого злодея. За ним давно наблюдают — контрабанда, подкуп, он главарь.
— И что с ним сделают?"
"Комптон помялся, глянул на старца.
— Только между нами, А-Нил. Понимаете? Никому не слова.
— Да, конечно.
— К Денту есть вопросы. Его задержат.
— А Бернэма?
— Нет. Пока хватит одного британца. — Печатник помолчал. — Но арестуют еще одного человека.
Нил прихлебнул чай — крепкий пуэр вязал рот.
— Кого же?
Прежде чем ответить, Комптон о чем-то перемолвился со старцем.
— Имейте в виду, А-Нил, я говорю это вам одному. Многие считают, что нужно арестовать индуса. Почти весь опий приходить из тех краев. Нет индусов — нет зелья. Их надо остановить. Лучший способ — в острастку всем взять одного.
В пару Денту.
— И кто кандидаты?
— Всего один. Вожак кантонских ачха.
Почувствовав, как пересохло во рту, Нил отхлебнул чаю, и только тогда смог выговорить:
— Сет Бахрам-джи?
— Скажем прямо, А-Нил, он в ответе за зло, о нем много известно. И потом, он союзник Дента.
Нил уставил взгляд в чашку, представив закованного в колодку Бахрама на пути в тюрьму, как было с Панхиквой. Вспомнилась некогда удивлявшая преданность слуг своему хозяину.
И тут он вдруг понял, что теперь и в нем живет такая же преданность, граничащая с любовью. Казалось, между ним и Бахрамом возникли кровные узы, не позволяющие сыну осуждать родителя. И если он станет соучастником тех, кто причинит вред Бахраму, то не простит себе этого до конца жизни.
— Знаете, ваша позиция вполне понятна, — сказал Нил. — Только учтите вот что: даже если сет Бахрам-джи и все другие индусы прекратят торговать опием, ничего не изменится. Да, зелье поступает из Индии, но торговля им почти целиком в руках британцев.
В Бенгальском президентстве они установили монополию на производство опия и не подпускают к нему индусов, за исключением крестьян, которые выращивают мак и страдают от зелья не меньше китайцев, его покупающих. В Бомбее британцы не смогли стать монополистами, потому что контролируют не весь регион. Вот почему местные коммерсанты вроде сета Бахрам-джи сумели занять нишу в опийной торговле.
