Иэн уставился в удаляющуюся спину, снова схватил со стола перо и прокрутил в пальцах. Нельзя отпускать её так. Наверное, нельзя. Неясно, почему, но она только что на полном серьезе восхитилась его умением, и… Чёрт, что нужно на это отвечать?
— Как там наши кролики? — выпалил Иэн, когда тонкая фигурка уже подошла к двери.
А действительно, как? С ночи о них не было слышно ничего. Или это просто кабинет находится достаточно далеко?
Джемма остановилась и медленно развернулась.
— Куда-то уехали, — она вяло пожала плечами.
— Решили сменить локацию?
Она прищурилась. Небольшой кулачок поднялся и уперся в точеное бедро.
— Я всё больше думаю, что ты завидуешь.
Почти угадала.
— Ужасно, — Иэн потер губы обратным концом пера. — У меня здесь вынужденное воздержание, знаешь ли.
Зайка закатила глаза, снова развернулась и собралась покинуть кабинет.
— Не мучай себя, — бросила она на ходу. — Душ в твоём распоряжении. Главное, закрывайся.
И она ушла, оставив дверь открытой. Иэн остался сидеть, прижимая перо к губам, которые изломились в неконтролируемой тупой ухмылке.
Язва! Надо же, какая язва! И куда она прятала этот свой острый язык целую неделю? Общаться с ней было бы еще интереснее, если бы она не отмалчивалась так долго. Престон хорошо натренировал жену. Или она была такой до замужества? Тогда вдвойне ясно, как его угораздило жениться в пятьдесят шесть. Сдавленный смешок сам вырвался из лёгких, Иэн оттолкнулся ногами и стул крутанулся в сторону. Прямо лицом к стеклянной банке на стеллаже.
Серый день неярко отразился бликами в стекле, так и создавая эффект подмигивания.
— Почему же ты ничего не сказал? — Иэн прикусил обратный конец пера и провернул в зубах.
Банка продолжила молча бликовать.
А ведь ему хватило бы всего пары слов, где-то между фразами «Привет, как дела?» и «Ну ладно, я пошел». И, возможно, он бы даже что-то понял. Попытался понять. Зайка занималась гостиницей, и теперь становилось ясно, как много на самом деле она здесь делала.
Хотя стоп.
Кто это тут стал таким милым? У кого это мозг вдруг превратился в размякшую печеньку? Во всём виновата маленькая Зайка.
Она слишком милая и поэтому притупились те чувства, которые должны бы продолжать гореть. Ничего не изменилось. Джемма Хант — всё такая же аферистка, которая окрутила пожилого дурака явно с какой-то целью. И если бы Престон рассказал обо всём, Иэн мог бы его отговорить.
Но Престон ничего не рассказал. У него было столько возможностей, но он профукал их все.
