Тот же рост выше среднего, размах плеч, заросшее густой каштановой щетиной лицо… Лицо! Вытянутое, с огромными глазами, носом с горбинкой… Только Престон стригся, а вьющиеся крупным кольцом волосы Иэна были собраны в неаккуратный узел на затылке.
А голос… Надломленный, скрипучий, рычащий…
— Какого, мать вашу, хрена? — он поморщился и сделал несколько порывистых шагов вперед по комнате.
— Он вам вообще ничего не рассказывал? — вскинул брови Алекс.
— Мы общались раз в месяц, чтобы убедиться, что никто из нас не сдох! — рявкнул Иэн.
Джемма содрогнулась. На этот раз, наверное, заметно.
Знала она об этих звонках. Видела, как долго Престон ходил вокруг телефона, чесал шею, лохматил волосы, а потом рывком брал мобильник и решительно вдавливал палец в экран. Каждый раз как перед казнью.
— Нехорошо, конечно, но не смертельно, — Алекс не оторвал взгляд от бумаг.
Иэн, тем временем, вскинул руки, сцепил их за шеей в замок, откинулся назад и посмотрел в потолок.
— Вашу ж ма-а-ать, — протянул он.
— Успокойтесь и сядьте, — голос поверенного стал строгим, учительским.
— Мы быстро поговорим, и все вместе сможем вернуться к гостям.
О нет, этот номер не пройдёт. Если Иэн так же похож на Престона по характеру, как и внешне…
— Серьёзно? — выплюнул тот, уронив руки и хлопнув себя по бедрам в джинсах. Да, похож. Один в один. — Ты реально собрался говорить со мной так, будто мне пять?
— Взрослые люди женятся, так бывает.
Зря Алекс продолжает в том же духе. Очень зря.
— Убери этот тон, Хилл, — рыкнул сын Престона.
— Потому что мои красивые глаза обманчиво действуют на людей: те почему-то думают, что я не умею бить в табло.
Губы Джеммы дрогнули, но она подавила неуместную улыбку. Прекрасно. Можно аплодировать. Алекс перестал пялиться в бумажки. Поднял взгляд, поднёс кулак к губам и тихо кашлянул. В глазах затаился испуг.
— Прошу прощения.
Иэн снова вскинул руки и рывком растёр лицо.
— Ему было шестьдесят! А ей сколько? Двадцать? — в сторону Джеммы протянулась раскрытая ладонь.
Вот и её выход. И только сейчас до неё дошло, что она до сих пор не проронила ни слова. Молодец, пять баллов, хорошее первое впечатление. Джемма откашлялась и сцепила руки за спиной.
— Мне двадцать шесть.
Взгляд синих глаз метнулся к ней.
— О, зайка, ты разговариваешь?
Лёгкие опалило огнём. Джемма на секунду задохнулась, глаза сами по себе сузились в щёлки.
— Неожиданно, да? — тихо проговорила она.
— Тогда расскажи мне, — рычащий голос упал на октаву.
