Джек Ричер, или Дело

И она знает, что командир батальона «Браво» должен прибыть в бар «Браннанс» с минуты на минуту. Так что с ее стороны будет вполне оправданно направиться прямиком к нему с жалобой. И, делая это, она почти наверняка испортит момент единения сына с отцом, что вызовет всеобщее замешательство у всех, принимающих участие в торжестве, в особенности у вас.

— Ну так садитесь, парни, — снова предложил я.

Они сели, но не туда, куда я им предлагал. Они не были дураками. В этом и заключалась проблема комплектуемой по вербовке армии, где при отборе действовали четкие критерии.

Я сидел за своим столиком на четверых в проходе напротив двери. Если бы они все сели за мой столик, мне была бы обеспечена свобода движений. Но они этого не сделали. Сержант сел напротив меня, а его подчиненные заняли места через проход, сев по одну сторону столика для двоих и выдвинув стулья под углом друг к другу; оба они были готовы моментально среагировать, если я сделаю какое-то резкое движение.

— Вы должны отведать пирог, — сказал я. — Он очень хорош.

— Никаких пирогов, — отрезал сержант.

— Тогда закажите что-нибудь. Иначе официантка может попросту попросить вас отсюда, потому что вы ничего не заказываете, а только занимаете места. А если вы откажетесь убраться, она знает, кому позвонить.

— К тому же здесь присутствуют посетители. Так что не советую вам привлекать к себе внимания.

Ситуация стала патовой.

Без десяти минут восемь.

Телефон возле двери молчал.

Официантка подошла к нам, и сержант, помявшись, заказал три порции пирога и три чашки кофе.

В зал вошли еще два посетителя, оба штатские; одной из них была молодая женщина в шикарном платье, ее сопровождал молодой мужчина в джинсах и пальто спортивного покроя. Они сели за столик для двоих, стоящий за три стола от пары, сопровождающей сержанта, как раз напротив пожилых супругов из отеля. Они не производили впечатления людей, готовых броситься к телефону с жалобами своему конгрессмену на небольшую публичную заварушку, однако чем больше живых людей в зале, тем лучше.

— Мы были бы рады просидеть здесь весь вечер, — сказал сержант, — если бы не дело, которое нам поручили.

— Хорошо, что сказали, — ответил я. — Лично я собираюсь сидеть здесь до той минуты, пока зазвонит телефон, а затем я уйду отсюда.

— Мне очень жаль, но я не могу позволить вам общаться с кем-либо. Таков данный мне приказ.

— И я не позволю вам уйти, пока вы не согласитесь отправиться с нами в Келхэм.

— А разве мы уже это не обсудили? — спросил я.