Джек Ричер, или Враг

Насколько я понимал, это были те самые люди, исчезновение которых приведет к резкому ослаблению новых частей быстрого реагирования. Тех самых, которые будут особенно активно развиваться в двадцать первом веке. Восемнадцать человек – не такое уж большое число, когда речь идет о миллионной армии. Но их выбирали специалисты. Кто-то проделал тщательный анализ. И отыскал нужные цели. Эти люди были движущими силами, носителями новых идей, мыслителями и стратегами. Яркими звездами. Если мы хотели получить список людей, чье присутствие или отсутствие окажет наибольшее влияние на будущее, то он перед нами.

Зазвонил мой телефон. Я включил громкую связь, и мы услышали голос моего сержанта:

– Абельсон был пилотом вертолета «Апачи». Ну, вы знаете, это боевой вертолет, оснащенный оружием.

– Был? – переспросил я.

– Он умер за день до Нового года. Его сбила машина в Гейдельберге, в Германии. Водитель скрылся с места происшествия.

– Вот что означает карандашная отметка, – сказала Саммер.

– Один мертв, осталось семнадцать.

– Что означает УМНУ?

– Это старый термин ЦРУ, – ответил я. – «Уничтожить с максимальным нанесением ущерба».

– Иными словами, убить, – сказал я.

Мы долго молчали. Я снова посмотрел на смехотворные цитаты. «Враг… когда ты приперт спиной к стене… важнейший признак мужества командира… серьезнейшим проявлением его силы воли…» Я попытался представить себе, какое безумное состояние психики могло заставить этих людей помещать такие грандиозные цитаты рядом со списками людей, которых они собирались уничтожить, чтобы сохранить свои должности и престиж.

Поэтому я лишь сложил четыре страницы вместе и вновь скрепил их той же скрепкой. Нет, я не мог понять этих людей. Затем я взял с полки конверт и поместил туда листы.

– Этот документ пропал в первый день года, – сказал я. – А четвертого числа они убедились в этом окончательно. Его не оказалось в портфеле, его не было на теле Брубейкера. Вот почему они сдались. Это произошло неделю назад. Они убили троих человек, пытаясь вернуть бумаги, но не добились успеха.

Поэтому они просто сидели и ждали, понимая, что рано или поздно круг замкнется и бумаги вернутся, чтобы привести к их гибели.

Я положил конверт на стол.

– Используй эти бумаги, – сказал я Саммер. – Отвези в Вашингтон. Пусть их шкуры прибьют к стене.

Было четыре утра, и Саммер уехала в Пентагон. Я отправился к себе и проспал четыре часа. Проснулся в восемь. Мне осталось сделать еще одну вещь, и я не сомневался, что должен сделать ее сам.