Джекпот для миллиардера. Создана для тебя (СИ)

— Анна Николаевна, будьте добры кофе и коньяк.

Расстегнул пиджак, бросил на диван. Стянул галстук и расстегнул ворот на две пуговицы. Закатал рукава. Подошел к креслу, сел и, запрокинув голову, закрыл глаза.

Дверь бесшумно открылась. Молодая секретарша внесла поднос и поставила его на стол. Алекс открыл глаза. Окинул её оценивающим взглядом. Она вспыхнула и улыбнулась.

— Что-нибудь ещё, Александр Игоревич? — в глазах приглашение, манящее.

Алекс прищурился. Пальцы барабанят по столешнице. Скоро пойдёт шестой месяц, как он… Черт.

Кровь прилила к паху. Он стиснул зубы.

Она скинула туфли и неслышно подошла к нему, встав за спиной. Опустила руки на его плечи. Он откинул голову назад и закрыл глаза. Её горячие ладони скользнули вниз, под хлопок рубашки, коснулись подушечками пальцев его кожи, сосков, он застонал. Возбуждение достигло предела.

— Катя! Котенок. — прошептал он, накрывая её руку своей.

Вспышка! Яркая! Она! Её разум, её голова. Господи, Катя! Он почувствовал, как в ладонь что-то ударилось теплой волной любви, вечной, яркой, истиной.

Её сводящий с ума запах, который он вдыхал, пока она спала, прижавшись к нему уставшим, залюбленным им телом. Опять толчок в руку. Сильный, четкий. Её сонный голос:

— Солнышко, мама немного поспит, совсем чуть-чуть.

— Спасибо, Анна Николаевна, ничего не надо! Вы свободны! — голос ледяной.

— Простите, Александр Игоревич, я подумала… — тихо залепетала она.

— Напрасно! — он встал, застегнул рубашку. — Надеюсь, этот инцидент был первый и последний раз!

— Да, конечно.

 — она вышла, зацепив по дороге туфли.

Перед тем, как она закрыла дверь, Алекс приказал:

— Принесите бутылку коньяка и скажите водителю, чтобы через полчаса подал машину.

Она кивнула и вышла, тихо закрыв за собой дверь.

Только сейчас Алекс почувствовал, как его трясет. Он залпом выпил коньяк и упал в кресло, уронив голову на стиснутые кулаки.

Максимально расслабился. Очень осторожно, как только мог, настроился на её волну.

— Вышки сотовой связи, — хмыкнул он. — Спасибо, Ирка!

Вот она.

Спит. Опять толчки. И тут Алекс всё понял. Ребенок! Маленькая жизнь толкалась в её животе. Его ребенок. И он чувствовал его!

— Маруууся! Ну чего ты разошлась?

Её голос окутывал его, разносясь по всему телу волной безумного желания. Пульсируя в брюках, которые стали неожиданно малы. Она захныкала.

Он четко уловил момент, когда на неё накатила волна возбуждения. Она почувствовала его! Твою мать! Он открыл глаза и резко встал.

— Господи, хоть бы не поняла.