Джекпот для миллиардера. Создана для тебя (СИ)

Я чувствую горячую волну, накрывающую меня, и тут же, твою мать, ловлю Ларискин понимающий взгляд. Ну неет! Я всё понимаю, но это наше! Кыш!

Лариска откидывает голову и смеётся. Тут же чувствую боль, и бросаю на Савицкого яростный взгляд.

— Прекращай своё форматирование! — цежу я.

Сашка смотрит внимательно, но не на меня… Ларка!

— Лариса! Иди к чёрту! — не выдерживаю я и кидаю в неё подушку, цапнутую с дивана.

Савицкий поднимает обе руки вверх и смеется. Вот ведь гад!

Застонав, плюхаюсь в кресло рядом с ним.

— Ну я просто попробовала, мисс Совершенство, — смеётся Лариска, садясь в последнее свободное кресло.

— Ну что, померялись силами? — хмыкает Сашка, выуживая из секретера пачку бумаги и ручку. — Можем начинать?

Я вздыхаю и киваю головой, одновременно с сестрицей, будь она неладна.

Три часа работы, сотни схем, нарисованные Сашкой, удобренные бутылкой коньяка. И всё впустую. В конце концов, я не выдерживаю и задаю вопрос, вытекающий из всей этой истории:

— И какого ты молчала, Кать? — Сашка вскинул голову и тут же набрал номер Ираиды.

Как обычно, на втором звонке.

— Ира, что вы не сказали мне по поводу Сергея Алексеева?

Молчание. Мать молчит, но мы все слышим тяжелое дыхание в трубке.

— Ира? — в голосе Савицкого ярость, которую невозможно скрыть. — Ты знаешь, что он жив?

Она откашливается и тихо спрашивает:

Ни удивления, ни страха, просто констатация факта: она знала, всё время знала!

— Через три дня.

— Завтра жду вас всех. — сухо говорит мать и кладёт трубку.

Лариска шумно втягивает воздух и шипит, сжав кулаки:

— Не хочу! Не хочу её видеть! Это из-за неё! Всё из-за неё.

А у меня даже нет сил ей возразить, ни одного аргумента!

Сашка курит одну за одной, стоя у окна. Его опять нет! Вместо его тепла пустота и холод.

— Кать. — Ларка протягивает руку и накрывает мою ладонь. — Ну как вы? Как Сашка? Я скучаю по нему.

Она улыбается и вздрагивает.

— Странно, когда он был рядом, я ничего, — хриплый шёпот, — ничего к нему не чувствовала. Так, помеха. А сейчас… Как подумаю, сердце разрывается от боли и вины. Женька сказал, что…

Сашка оборачивается и смотрит на неё. Во взгляде усталость и растерянность.

— Ты можешь забрать его в любое время, но, как ты понимаешь, я всё равно останусь в его жизни. Он и мой сын.

— Спасибо. — Она встаёт, обхватывая себя руками.