Должно быть, она издала какой-то звук, потому что леди Данли оглянулась и вопросительно посмотрела на нее.
— Э-э-э… — Что сказать? Леди Данли определенно чего-то ждала. — Приношу свои извинения за поведение Гарри. — Она уже много раз сегодня повторяла эту фразу, хотя сейчас не искренне. Леди Данли следовало держать свою нахальную кошку в доме.
— Все в порядке, — милостиво улыбнулась леди Данли, разглядывая через лорнет статую обнаженного Аполлона. — Ничего страшного не произошло. Мисс Уискерс, наверное, уже вернулась к дому.
— Тогда, наверное, вы должны поспешить и впустить ее в дом, — с надеждой проговорила Энн. Они как раз подошли к входной двери. Мистер Паркер-Рот первым ухватился за дверную ручку.
Леди Данли наконец оторвалась от созерцания фигового листка, прикрывавшего мужское достоинство Аполлона.
— Нет, я уверена, дворецкий уже впустил ее, если, конечно, мисс Уискерс не предпочла остаться на лестнице. Ей очень нравится лежать на верхней ступеньке у двери и греться на солнышке.
Мне кажется, кошка на ступеньках — символ домашнего уюта, вы со мной согласны?
Энн растерянно заморгала. Она никогда не связывала уют в доме с наличием в нем представителя семейства кошачьих.
— Наверное, вы правы.
Леди Данли удовлетворенно кивнула:
— Конечно, я права. — Она прошла мимо Энн, но на пороге остановилась и окинула ее суровым взглядом. — Прежде чем я уйду, хочу напомнить вам о необходимости держать собаку на привязи. Мисс Уискерс и я, мы обе будем крайне недовольны, если нас и впредь будет беспокоить это невоспитанное животное.
Пока причиной беспокойства была именно Мисс Уискерс, но Энн удержалась от комментариев.
— Да, конечно, я постараюсь держать Гарри подальше от вашей кошки.
Леди Данли кивнула в сторону Стивена:
— Вам поможет жених. Крупным собакам часто нужна мужская рука.
— Разумеется. — Стивен лучезарно улыбнулся и обнял Энн за талию. — Буду счастлив взять Гарри в свои руки.
Почувствовав его прикосновение, Энн замерла.
Лорнет леди Данли снова взлетел к глазам. Теперь она уставилась на мужскую руку, лежащую на талии Энн. Та попыталась — пусть не слишком энергично, но все же попыталась — высвободиться, но рука Стивена действительно оказалась твердой. Стивен не только не отпустил ее, но его рука скользнула ниже и теперь лежала на бедре, как раз в том месте, где заканчивался корсет.
Ох, она чувствовала каждый палец этой руки, словно они прожигали дырки в платье и сорочке.
