— Да что за еб твою мать, а? — плачущим голосом простонал Александр Евгеньевич, осторожно огибая тело, снимая с вешалки свое пальто и на цыпочках направляясь к входной двери. — Это что же такое творится, а?!
Входная дверь оказалась слегка приоткрытой — из блока тянуло сквозняком. Выйдя на площадку, Александр Евгеньевич замер как вкопанный. Из блочного окна меж этажами вдруг понесло синими сполохами милицейской мигалки, послышалось дружное хлопанье отечественными автомобильными дверьми.
Приехали! С мигалкой. Но без сирены…
Перегнулся через перила, прислушался: внизу крадучись топали несколько пар ног, бормотанье какое-то невнятное раздавалось, показалось — лязгнуло что-то.
Справившись с оторопью, Александр Евгеньевич осторожно отступил назад и юркнул за дверь. Быстро запер оба замка, накинул цепочку, забыв про головную ломоту, бросился в гостиную.
Окно гостиной выходило на проспект. Обдирая в кровь пальцы, Александр Евгеньевич после недолгой борьбы открыл тугие шпингалеты, распахнул законопаченные на зиму рамы и высунулся наружу.
По проспекту неспешно катились машины — прямо у дома висит знак ограничения скорости, через сто метров шоссе делает крутую петлю, опоясывая зону реставрационных работ. На тротуаре никого не было. Идиллия! Если не обращать внимания на выскакивающие из арки на шоссе шальными чертиками синие блики стоящей во дворе «канарейки»…
Входная дверь дрогнула под чьим-то молодецким плечом, жизнерадостно зареготал преотвратным менуэтом звонок, затем кто-то начал сосредоточенно долбить по мягкой обшивке ногой.
— Ах ты, черт… — пробормотал Александр Евгеньевич, лихорадочно обдирая гардину и при помощи лежавшего на столе ножа из прибора распуская плотную материю шторы на три продольных лоскута.
Распустил. Ломая ногти, связал лоскуты, приторочил конец к батарейной трубе и, перемахнув грузным телом через подоконник, за считанные секунды спустился примерно до уровня потолочного перекрытия первого этажа, умудрившись не угодить ногами в окно нижней квартиры — откуда только сноровка взялась!
А дальше — штора кончилась.
На узлы много ушло. Сгруппировавшись, беглец оттолкнулся от стены и прыгнул в неглубокий сугроб между тротуаром и шоссе, больно отшибая пятки и сбивая дыхание.
