— Не надо!!! — дико вскрикнула Ирина, вскакивая из кресла. — Я на все согласна, все, что хотите!!! Останови их!
— Сядь, красивая моя, ты что?! — Ибрагим вновь нажал паузу и с недоумением уставился на женщину. — Сядь, сядь… Это же запись! Это же не это… не прямая тарансляцья… э-э-э… трансляция. Сядь и смотри, уже ничего нельзя сделать.
Ирина села и тупо уставилась в застывший экран. Ничего нельзя сделать… Ничего нельзя сделать… В голове скакала эта безнадежная фраза, все разумные мысли выветрились куда-то, лезли из углов сознания какие-то дурацкие лозунги и постулаты.
Ничего нельзя сделать… Семьдесят лет советской власти. Перестройка. Демократия. Несокрушимая и легендарная. ОБСЕ. Мирные инициативы. Менталитет. Интернациональная дружба. Федерализм. Контртеррористическая операция. Ничего нельзя сделать…
Экран ожил. Лезвие пришло в движение. Плечи солдата дернулись в страшном рывке, ребристая подошва крепче вдавила голову в снег, тугой струёй ударила черная кровь, жирными каплями брызнув на объектив…
Ирина прохрипела «Мама!!!» и потеряла сознание…
— Ты сама виновата, — назидательно произнес Ибрагим, приведя в чувство несчастную женщину.
— Тебе же сказали — веди себя хорошо, ничего не делай…
— Что вам нужно? — глухо спросила Ирина.
— Теперь условия изменились, — Ибрагим печально вздохнул. — Надо было просто сразу соглашаться, и все было бы нормально. А теперь этим людям платить надо. Они много берут.
— Сто тысяч? — несколько оживилась Ирина. — За того мужика они просили сто тысяч.
Прямо сейчас выписываю чек, едем, обналичиваем…
— Сто тысяч! — презрительно скривился Ибрагим. — Они, прежде чем браться за дело, наводят справки о клиенте. Все знают. У того мужика все имущество и бабки его — как раз сто тысяч. Нет, тут так не будет.
— Сколько? Дадим, сколько просят, лишь бы побыстрее. Давай…
— Давать ничего не надо, — оборвал ее Ибрагим. — Слушай внимательно. Фиктивный брак со мной. Есть?
— Да-да, конечно…
— Дальше. Контрольный пакет и эти… э-э-э… корпоративные права — все на меня.
Есть?
— Ты сразу говори все, я скажу — да, — покорно кивнула Ирина. — Давай не будем тратить время.
— Саша все на тебя переписал… Все твое имущество:
Квартира, дача, три машины, дом в Ялте, дача в Кисловодске — все перепишешь на меня. Все твои счета переоформишь на меня… Есть?
— Ты нас пускаешь по миру, — с каменным безразличием к судьбе своего состояния заметила Ирина. — Ничего не оставляешь?
— Родители у тебя не бедные, — пожал плечами Ибрагим.
