Было дело, приходилось обогреваться и готовить пищу в гораздо более мерзкой обстановке: на топком болоте, например, где в качестве топлива имелся лишь насквозь влажный мох да жир подбитого из рогатки косача. А тут в принципе условия вполне соответствовали: куча благородной щепы, полкружки дефицитного бензина (в Литовской по личным делам на транспорте катались лишь избранные, к числу коих принадлежал и наш парень — как же, атаманов зять, начальник штаба и вообще…), готовые дрова. Подумаешь, влажность — эка невидаль!"
"Мальчишки за полдня успели проголодаться, как медведи после зимней спячки, — полноценных углей дожидаться не стали, вывалили полведра картошки прямо в жаркое пламя, взвив сноп искр и скандальные клубы дыма, видимого, наверно, за километр.
Антон недовольно поморщился: высшее искусство как раз и состоит в том, чтобы соорудить костер с минимальным количеством дыма, дабы обеспечить маскировку и не выдать свое месторасположение врагу. Однако в настоящий момент маскироваться вроде бы не было необходимости, слева — омоновцы, справа — станица, и суровый наставник ограничился советом:
— На будущее: меньше дыма — больше шансов остаться в живых.
Рекомендую принять к сведению.
— Щас дрова опять возьмутся, и дым пройдет, — успокаивающе заверил Сашко. — Ты не журись, бать, — коли враг будет рядом, мы так костер палить не станем. А щас же врага нету!
Антон хотел было сообщить юному балбесу, что настоящий враг тем и хорош, что никогда не знаешь, рядом он или где, а потому необходимо постоянно ждать его в самом неподходящем месте и держать уши торчком.
Однако, взвесив все «за» и «против», не счел нужным вступать в полемику. Они впервые оказались с казачатами вне станицы, что называется, от общества отбились. Поэтому ребятишки, до сего момента покидавшие Литовскую лишь в составе многочисленных нарядов, не успели откорректировать модель поведения, их беспечность вполне оправданна. В этой связи чрезмерная забота «батьки» об их безопасности может быть истолкована не то чтобы необъективно, а вовсе даже превратно.
Чего доброго, подумают, что «батька» трусит, поди потом разубеди. Ничего, пусть порезвятся — надо будет как-нибудь потом отдельно преподать им сокращенный курс выживания…
Мальчишки трапезничали, как троглодиты: жадно хватали куски вареного мяса, соленые огурцы, сваренные вкрутую яйца, ломали испеченный накануне вечером хлеб, обжигаясь и пачкая рты, лупили полусырую картошку, запивая все это безобразие холодным молоком и оживленно галдя.
