— Я и без того согласна отдать сколько бы вы ни запросили…"
"— Да нет, цена тут ни при чем, барышня, — не стал подыгрывать Шведов. — Тут вопрос в другом… Ну ничего, это все не столь важно. Мы вас кое-чему научим, снабдим парой нужных штуковин — и в путь.
— Что вы имеете в виду? Что я должна буду с вами… пешком? Хотя я в принципе на все готова…
— Я имею в виду другое, — Шведов поймал взгляд Ирины, зафиксировал в плену своих сузившихся зрачков. — Вы, барышня… одна пойдете. Без нас.
— Вы шутите, полковник? — Ирина вяло изобразила жест недоумения.
— Вовсе нет, — Шведов не выдержал — отвел взгляд, уставился в окно. — Какие уж тут шутки, голубушка… Вы пойдете одна. По-другому никак не получается…
Антон, все это время безмолвно внимавший беседе, заворочался на своем кресле и выразительно крякнул. Шведов поднял вверх указательный палец, не глядя на коллегу — не мешай, мол, ситуация и без тебя не отличается комфортом.
— Я ушам своим не верю1 — шепотом произнесла Ирина. — Вы с ума сошли, полковник? Вы думаете, я настолько глупа, чтобы…
— У вас просто нет другого пути.
Либо — либо. Как говорится, при всем богатстве выбора другой альтернативы нет.
— Что вы имеете…
— У вас что — заклинило?! — раздраженно рявкнул полковник. — Вы работаете с нами, за нас, на нас. Становитесь активной соучастницей и персоной нон грата. Впоследствии, если все получится, вам придется стремительно продавать все свое имущество и инкогнито драпать за бугор. Или переходить на нелегальное положение. И не смотрите на меня, как на помешанного, мы таким вот образом уже пятый год существуем.
Ничего — жить можно. Вы не переживайте — мы поможем все устроить.
— То есть вы намекаете, что у меня нет альтернативы?
— Я не намекаю — я вам прямо говорю. Нету у вас альтернативы. Совсем.
— Почему?!
— В противном случае вас просто аннулируют. Совместно с вашими бычками.
— Кто?!!!
— Мы
— ???!!!
— Я не оговорился… — тут Шведов просто и доступно объяснил даме, в какую дрянь она угодила. Для убедительности свистнул из кустиков Мо и велел ему сообщить, какую задачу тот получил накануне…
Надо отдать Ирине должное — в обморок падать она не стала.
Скоротечное счастье не успело вытеснить прочно гнездившееся в душе напряженное ожидание предшествующих дней, благоприятная установка окончательно не сформировалась. Женщина опять вернулась в свое всепоглощающее горе, которое привычно требовало новых жертв.
— Господи!!! Вот дура-то! Нет, какая дура… — помолчала, качая головой, кривя губы в горькой усмешке.
