Обработали, соорудили тампон, завернули в полотенце.
— Хозяйка сказала? — проскрипела Ирина помертвевшими губами.
— В смысле? — озабоченно нахмурилась Лена.
— Мыть, обрабатывать… Или сами?
— Ты что, Ириша, запамятовала? — удивилась Валя. — Сами разве посмели бы? Конечно, хозяйка. Она же тебя сюда привела, нас свистнула…
— Изнасилованных положено бросать на помойку, — прошептала Ирина. — Отодрали и бросили… А тут… Рачительные хозяева. Не бросают как попало. Попользовались — техобслуживание. Как машину…
Девчонки переглянулись, ничего не сказали, взяли под руки и потащили в каморку.
Передвигаться самостоятельно Ирина не могла, ноги подгибались. Любое движение вызывало невыносимую боль в низу живота, пульсирующими толчками отдававшуюся в каждой мышце изломанного тела.
В подсобке девчата вновь обрядили Ирину в безразмерную ночнушку и уложили на топчан, поставив рядом трехлитровую банку с водой. Стали устраиваться почивать — Лена взяла у Вали матрац, постелила на полу, улеглась.
Спать девчонкам Ирина не дала.
К полуночи у нее поднялась температура, сопровождавшаяся сильной жаждой и учащенным сердцебиением. Сердобольная Лена предприняла экспедицию на кухню — на предмет добычи из холодильника нескольких кусочков льда (дизель работал круглосуточно, обеспечивая бесперебойное функционирование всех электроприборов в усадьбе). Сия дерзкая акция изначально была обречена на провал: на кухне Лену изловила бдительная хозяйка и в рабочем порядке отлупцевала плетью — чтобы не шарилась где попало в неурочное время.
"
"Подвергнув нерадивую рабыню экзекуции, хозяйка наведалась в каморку. Молча полюбовалась на разметавшуюся на топчане Ирину, недовольно покачала головой и удалилась. Через несколько минут вернулась, притащив две формочки со льдом, мед, заварник со свежим чаем. Заставила пострадавшую принять какой-то горький порошок, выпить два стакана чаю с медом, на голову положила полотенце со льдом.
— Плохо сабсэм. Зачэм такой слабий? Ленка, Валька сабсэм нэ такой слабий. Атдихай…
Оказанная помощь возымела некоторое положительное воздействие: через некоторое время жар спал, на смену ему пришел мучительный мелкий озноб.
— Топят здесь? Господи, холодно-то как…
— Ну что ты, Иришка, ну, конечно, топят, — просо-ночная Лена укутала Ирину своим одеялом, подоткнула со всех сторон. — Котельная круглые сутки работает, топят как на убой. Ты расслабься, постарайся уснуть…
Забылась уже под утро. Сквозь сон слышала едва различимую стрельбу — где-то далеко, в ущелье.
