Если вы скажете такому молодому человеку, что в один прекрасный день его могут схватить на улице, связать по рукам и ногам, избить и посадить в грязную нору, он вам вежливо улыбнется, а когда отвернетесь, тут же шепнет секьюрити, чтобы позвонил «911» и сообщил, что тут образовался ненароком некий буйнопомешан-ный со склонностью к деструктивному поведению.
Нет, разумеется, молодой человек иногда смотрит новости и имеет определенное представление, что какие-то там абстрактные солдаты и офицеры — оборванные и грязные крестьянские дети России — в какой-то горной местности воюют с такими же абстрактными боевиками — то ли бандитами, то ли чеченскими бойцами, не всегда понятно, различные источники называют их всякий раз по-разному.
Но это в Другой жизни, в каком-то другом параллельном мире, а потому отношение у молодого человека к этим процессам примерно такое же, как к персонажам устаревшей и успевшей давно надоесть компьютерной игры. Молодой человек твердо знает — сызмальства, сколько помнит себя, что нормальные люди в армию, милицию и тому подобные структуры не идут и ни с кем не воюют.
Потому что трудиться на такой работе, где тебе платят за месяц примерно столько, сколько стоит один клубный обед молодого человека, — это, извините, даже не смешно! Это просто самая настоящая патология. А патология — по части психиатров. При всем многообразии интересов молодой человек психиатрией не увлекается, поэтому этот аспект остается вне сферы его жизненных интересов."
"У молодого человека очень хорошая память, и он, разумеется, помнит, что прошлой осенью в столице взорвали дома.
И опять же, судя по информации СМИ, все те же полуреальные товарищи, с которыми воюют в горах абстрактные крестьянские дети. Но дом, в котором живет молодой человек, как и дома всех нормальных людей, с кем он знаком, взорвать невозможно: они хорошо охраняются, оборудованы новейшей техникой слежения и просто так подойти к ним просто невозможно. Поэтому этот аспект опять остается вне сферы его жизненных интересов.
Обидно, конечно, когда в Зимбабве эпидемия брюшного тифа, а на Кавказе неспокойно. Но это так далеко, так нереально… А вот тут на днях Papa угодил в тю-рягу — то ли в СИЗО, то ли в ИВС. Забавно, забавно… Papa — неотесанный мужлан, с него станется! Maman сказала, что это недоразумение, издержки производства, и, разумеется, они эту проблему утрясут. Ну конечно, утрясут, куда они денутся. Молодой человек смотрит на родительские шалости с терпеливым презрением.
