Джульетта стреляет первой

Марк примчится с апельсинами», – о женихе, навязанном шефом, Татьяна подумала с особенным отвращением.

И прошла мимо двери, куда приглашали за неотложной помощью.

Отправилась на второй круг.

Судя по абсолютной тиши первого этажа, здесь только поликлиника. Роддом, палаты – на втором. А морг, интересно, где? В подвале? (Таню передернуло.)

Чтобы не испугаться и не сбежать, стала вспоминать: в пору, когда собиралась в медицинский, она однажды отправилась в мертвецкую. Соседка, студентка-медичка, провела. Всю ночь накануне Садовникову терзали кошмары.

Вступала в юдоль скорби на дрожащих ногах. Но оказалось – бояться-то нечего! Трупы на секционных столах почти не походили на людей. Высохшая кожа пергаментом обтянула кости. Лица наглухо завязаны тряпками. А рассматривать внутренности даже интересно оказалось. Старшая подруга подначивала:

– Печень слабо найти? Нет, это селезенка. А печень справа. И она больше гораздо.

Запах царил не слишком приятный, но студенты его будто не замечали. Грызли яблоки, жевали бутерброды.

И с тех пор Таня для себя решила: морг – чепуха.

Почему только сегодня настолько страшно?

Надо найти недавнего знакомца. Эй, Джеф, дорогой мой медбрат! Где ты можешь быть? Дежуришь в приемном покое? Стоишь на стреме в родилке? Или – что скорее всего – сладко спишь где-нибудь в дежурке?

Со второго этажа вдруг раздался взрыв смеха. Таня вжалась в стену. Прислушалась.

Говорят по-английски.

«И эта туша – почти два центнера! – сломала нам гинекологическое кресло! Христом Богом клянусь!»

Ага.

Медики расслабляются.

Таня снова миновала официальный вход и начала дергать остальные двери. (Надписи на разных языках: «No entrar», «No entrance», «Только для персонала».)

Везде оказалось заперто. Но – словно в сказке – последняя дверь поддалась. Таня проскользнула в прохладный коридор. Тьма кромешная, даже на минимальный ночник не расщедрились.

Пришлось доставать фонарик. Детская поликлиника. Педиатр. Окулист. УЗИ. Нет, ей явно не сюда.

Свернула за угол.

Стеклянная дверь услужливо пропустила ее в следующий коридор. Лаборатория. Крошечная, всего из двух комнат. Дальше – кабинеты взрослых врачей. Тоже пустые. А где, интересно, Кикин сидит? Анжела говорила – у него на территории больницы огромные владения.

Если первый этаж – поликлиники плюс неотложка, а второй – стационар и роддом, профессору только подвал остается?

Таня увидела призывные зеленые буквы ВЫХОД и бросилась к ним.

Оказалась на лестнице.