Джунгли

После ряда неудачных попыток принарядить Жака седовласый распорядитель принял решительные меры, выслал машину за портным, чтобы прямо на месте подогнать смокинги по фигуре Дюрана.

Процесс грозил затянуться, и Вадим уже начал скучать в кресле, окруженный свертками с одеждой. Его спас телефонный звонок. Мобильник, приобретенный Веклемишевым сразу по приезде в Асунсьон и который еще ни разу ему не понадобился, ожил в нагрудном кармане. Номер, высветившийся на дисплее, был ему незнаком.

– Я разговариваю с Веклемишевым Вадимом Александровичем? – вежливо по-русски поинтересовался голос в трубке.

– Это я, – насторожился Вадим. – С кем имею честь?

– Вас беспокоят из российского посольства. На ваше имя из Москвы пришли документы, которые вы запрашивали. Когда вы сможете подъехать к нам? Вам известно, где располагается наше посольство?

– Да, я знаю адрес. Подъеду в течение пятнадцати минут, – коротко доложил Вадим. – К кому мне обратиться?

– Назовете себя на проходной, и вас проводят. До встречи! – попрощался вежливый голос, и в трубке послышались короткие гудки.

Веклемишев закрыл мобильник и задумался. Он действительно пять дней назад связывался с Москвой, непосредственно с Отделом. Вадим изложил Мао свое предположение по поводу знакомства Дона со своей матерью и попросил прокачать этот вопрос в архивах Службы. Он прекрасно знал, что связи с иностранцами в шестидесятые годы жестко контролировались КГБ и в документах той поры должны были остаться следы, по которым имелась возможность идентифицировать Дона.

Но почему его вызывают в посольство, а не прислали сведения непосредственно в Центр по электронной почте или по факсу? Гадать по этому поводу не стоило. Мао знает, что делает, и если подключил к этому делу посольство, значит, так нужно.

Вадим вручил Дюрану свои покупки, чтобы тот завез их в гостиницу, где они оба жили, и оставил «Олимпик». Такси за пять минут домчало его до проходной российского посольства. Там Веклемишева уже ждали. Проверив личные документы, его проводили в служебное помещение в торце здания.

В комнату зашел средних лет мужчина с кожаной папкой.

– Здравствуйте, Вадим Александрович! Я второй секретарь российского посольства Кореновский, – поздоровавшись, представился он, и Вадим узнал голос человека, говорившего с ним по мобильнику.