Единица безумия

Дом, который вроде должен считаться крепостью, встречал ее запахом кислой капусты, сигаретного дыма и немытых тел. Вся эта вонь так прочно въелась в стены их коммунальной квартиры, что проветривание окон не спасало. Погодина ненавидела эту квартиру, ненавидела людей, с которыми ей приходилось соседствовать. Их и людьми-то можно было назвать с большой натяжкой. Зек да старуха-психопатка. Зато, когда она покупала комнату, обещали ей совершенно другое: покой и тихих соседей. Поначалу было действительно тихо, целых полгода Женька жила одна, почти как в раю.

Она сделала ремонт в своей комнатушке и выдраила общие помещения: кухню, коридор и ванную. Но потом Кувалда освободился из мест не столь отдаленных, а старуху выпустили из психушки. За полгода они свели Женькины старания на нет, и про чистоту в этой квартире было навсегда забыто.

Старость нужно уважать, но Погодина никак не могла пробудить в себе это чувство к той, которая то кипятком норовит облить, то белье с сушилки сопрет. Кувалда тоже не лучше.

Тощенький, сухонький, весь в партаках, как в доспехах. Вся его жизнь – это пьянки с корешами и хвастовство былыми подвигами.

Отпирая дверь в свое скромное убежище, Женя с досадой вспомнила, что тапочки оставила в коридоре. Торопилась и забыла закинуть их в комнату. Естественно, тапки уже кто-то увел. Из чистого любопытства она пошла на кухню, чтобы проверить свою догадку.

Так и есть!

На кухне за столом в ее комнатных тапочках сидел захмелевший дружок Кувалды, такой же синий и сморщенный.

Ее сосед, видимо, именно так решил проявить особенное гостеприимство, – неважно, что обувь гостю явно не по размеру и пятки свисали на пол.

– Евгения, я тут у тебя колбаски занял. Кореша надо было угостить, – прохрипел Кувалда. – Завтра куплю.

– Не в первый раз. Я тебя кормить не нанималась, – Женька заглянула в свой полупустой холодильник.

– Слышь, сявка пустоглазая, не мороси, а? Сказал, завтра купит, значит, купит! – рыкнул на нее кореш. Кувалда сосредоточенно закивал.

– Свежо предание, – проворчала она и ушла к себе.

Ее комнатушка – оазис чистоты и свежести, восемь квадратных метров уюта. Жалко, что холодильник сюда не втиснуть. Места нет. Все заняли кровать, платяной шкаф, небольшой столик и тумбочка с телевизором.

В сумке разрывался телефон, и почему-то сразу подумалось про Погодина. Странный тип, который затягивал ее в странную игру. В ее жизни, и без того несладкой, только Погодина не хватало.

Но Женя ошиблась. Звонил другой человек.