Онлайн-библиотека книг
Могла послать Федю нахрен и забыть… но ты все равно сюда приехала.
– Только не приписывай это на свой счет, Андрюша.
– На чей же еще? – ухмыльнулся он.
– Приехала, ага. Чтобы послать нахрен тебя! Чтобы при этом смотреть тебе в лицо. И чтобы у тебя не возникло сомнений, что я говорю серьезно.
– На этот раз все серьезно, сам вижу. – Андрей шагнул еще ближе. – Столько агрессии. Это все сексуальное напряжение.
– Что?
– Ты его тоже чувствуешь? Дальше будет хуже, – продолжил он с оттенком удовлетворения в голосе.
Прежде чем Погодин договорил, Женька выбежала из кабинета. Пронеслась мимо Маши, но притормозила и вернулась к стойке.
– Андрей сказал, что ваше заведение весьма специфическое. Что это значит?
– Это значит, что клиентура у нас преимущественно мужская. Люди здесь отдыхают, расслабляются, в этом нет ничего противозаконного. Мы делаем их счастливее.
– У вас что тут бордель?
Машка наморщила нос:
– О, я бы не стала называть это таким ужасным словом.
– Что тебя смущает? – прозвучал сзади голос Погодина. – С твоим опытом, ты тут будешь как рыба в воде.
– Может, ты и меня к кому-нибудь в постель уложишь?
– Массажный стол тебя не устроит?
Женя вспыхнула и выскочила на улицу. Злость гнала ее с удвоенной скоростью. Она обвела глазами парковку в поисках своей машины, но вспомнила, что приехала с Федором.
– Я тебе покажу беспомощную мышку, – проговорила сама себе и направилась к метро.
Глава 7
Мышка беспомощная!
Еще посмотрим, кто тут беспомощный!
Ожидая своей очереди, Женька нетерпеливо поерзала на стуле и еще раз глянула на дверь: «Леднёв».
Когда подошел ее черед, Женя отмела последние сомнения, быстро вошла в кабинет и положила на стол исписанный мелким почерком листок бумаги.
– Вот. У меня заявление… то есть, обращение… то есть, жалоба.
– Так заявление, обращение или жалоба? – строго спросил прокурор.
– В общем, нужно призвать к ответу одного человека…
– Документы.
– У меня нет его документов.
– Ваши.
– А! – вскинулась Погодина, подала свой паспорт и уселась, сложив руки на столе.
Леднёв посмотрел в ее паспорт, потом в заявление, и что-то в его взгляде неуловимо изменилось.
– Муж?
– Нет. Однофамилец.
