Единственная для князя. Как долго я тебя искал

Мир, где я пробыла пять недель, развивался по технологическому пути, что накладывало отпечаток на образование и сложившееся мышление жителей. Новые знания подхлестнули мои способности к точным наукам, а еще заставили повзрослеть раньше срока. Путешествуя по памяти и снам женщины другого мира, я будто бы прожила жизнь вместе с ней.

Визита дознавателей я ожидала с волнением. Первым, как и в прошлый раз, навестил Эдуард Францевич. Целительная волна живительным глотком наполнила меня силой и бодростью. Однако доктор отметил физическую слабость и истощение.

– Зачастили вы к нам, Анастасия Трофимовна. – Мужчина осуждающе покачал головой. – Не бережете себя. Разве можно молодой девушке доводить себя до такого состояния? Денек еще полежите под наблюдением, а завтра решим, выписывать или нет. Раны уже затянулись, но в том не моя заслуга, а амулета, который Его светлость применил. И так уж вышло, что этим спас вам жизнь. Пуля разрывная попала, много внутренних повреждений причинила.

– Пуля? А я думала ножевое.

Два выстрела раздались один за другим. У Марфы в руках мелькнул нож, которым она опасно отмахнулась.

– А Марфа? Что с ней? Мы рядом находились. Ее не задело? – Я хоть и видела ее недавно в соседней палате, но фактически знать этого не могла. Беспокойство выглядело логичным.

– Подруга ваша жива, не переживайте. Ее по касательной задело, осколки только в мягких тканях застряли. Их уже вытащили, скоро и следа от ран не останется, – успокоил доктор.

– Уф! – Выдохнула с облегчением. – Гора с плеч упала. А Мила с Дарьей? Зоя Матвеевна? Константин Алексеевич? Никто больше не пострадал?

– В больницу только двоих доставили. Об остальных участниках мне ничего не известно, – слукавил мужчина, но я не подала виду, что догадалась, и вымученно улыбнулась.

– Тогда не прощаюсь. – Эдуард Францевич поднялся с кровати, на которую присаживался во время осмотра. – Рекомендации неизменны: полный покой и усиленное питание.

Ага, покой нам только снился! – В дверном проеме мелькнули знакомые силуэты Лутецкого и Запрудова. Не иначе по мою душу пожаловали.

Господам из Следственного комитета не повезло столкнуться на входе с Эдуардом Францевичем, который живо развернул мужчин восвояси. Но, может, они и не ко мне пришли? Я расслышала, как хлопнула дверь соседней палаты. Бедная Марфа! Я уже испытывала на себе методы их допросов.

Однако рано я обрадовалась, что меня оставили в покое.