Единственная для князя. Как долго я тебя искал

Не прошло и получаса, как в палату вошел великий князь Леви.

– Доброе утро, Анастасия Трофимовна, – приветствовал скупой улыбкой.

– Д-доброе, Ваша светлость. – Я неожиданно разволновалась. Впившись пальцами в край одеяла, нервно натянула его до подбородка. – Позвольте поблагодарить за спасение. Доктор сказал, если бы не вы… а как вы узнали, что нужна помощь?

– Скажем так, я присматривал за вами.

– Следили? – И почему я не удивлена?

– Нет, в том не было необходимости, ведь рядом с вами постоянно находился сотрудник полиции, – ответил князь, пожимая плечами.

 – Однако магическая метка сообщила о физическом уроне и послужила ориентиром для портала. Благодаря этому вам вовремя оказали помощь.

– В любом случае, Алим Осипович, я перед вами в долгу. Спасибо. Честно говоря, не представляю даже, чем отблагодарить.

– Быть может, хорошими новостями? Вы ведь неспроста поехали в родные места? – Уставился пытливо, будто пытался прочитать мысли.

Хотя почему будто? Он же сильнейший в империи маг разума.

Кто знает, удастся ли на этот раз скрыть ту часть моей жизни, что не предназначена для посторонних.

– Да, поездка не была напрасной. Память вернулась. Но, к сожалению, я мало чем могу помочь следствию. Преступника не рассмотрела, – подробно описала тот день и ощущения от соприкосновения с убийцей.

Слушая мой рассказ, канцлер прошелся до окна и замер там, заложив руки за спину. Вот так, не видя его лица, мне легче было говорить. Под проницательным взглядом я терялась и думала, что, должно быть, ужасно выгляжу.

– Значит, преступник входит в круг знакомых, – подытожил мужчина, когда я умолкла. – Придется уделить пристальное внимание вашему окружению. Однако же к вам меня привело не только дело купца Холзмана. Я хотел побеседовать об убийстве мещанки Купыревой, крестьянина Космачева и покушении на жизнь Зорина Константина Алексеевича.

– Акулина мертва? – я подскочила, в ужасе уставившись на князя. – Но кто? Дашка? Только не это! Я… я, выходит, виновата, раз попросила взять мушкет.

Гридяй увел Марфушу с Милкой, Зою Матвеевну, и я испугалась за них.  Боялась, что не справлюсь. Нельзя! Нельзя было ее убивать.

Подтянув ноги к себе, обняла руками колени и уткнулась в них лбом. Если Дарья застрелила Мару, та отомстит и изведет убийцу до смерти. Не следовало брать с собой подруг! Пусть бы обижались потом, злились, зато остались бы в стороне от этого безумия.