Единственная для князя. Как долго я тебя искал

Редкий гимназист приобретал их за собственные средства, а я не озаботилась этим вопросом заранее.

– Ох, негоже барышне на это смотреть, – посетовал городовой Гашков. – А что Михаил Васильевич не приехал?

– Не переживайте, я справлюсь. – Нервно улыбнулась, расстегивая пуговички на пальто. Верхняя одежда мешала работе, да и пачкалась легко. – Пусть отдохнет хоть денек.

Пальто вместе с головным убором перекочевало в руки Мирона Кузьмича, любезно согласившегося присмотреть за вещами. А я заглянула в комнату, приготовившись к неприятному зрелищу.

К сожалению, подобные ужасы – часть работы видока. Сколько ни настраивайся, привыкнуть невозможно.

Стараясь не смотреть на останки, я уделила внимание другим деталям. Сколы на мебели, разбитая посуда, сломанный стол, поверх которого лежал убитый. Следы борьбы говорили, что человек боролся за жизнь. Это сигнал для меня, чтобы выбрать правильный угол обзора. Подходящее место нашлось в дальнем углу у окна, где нетронутым стояло кресло и торшер подле него. Стараясь не наступить на кровь, я обогнула распластавшееся посередине комнаты тело и примостилась в узком промежутке между боковиной кресла и стеной.

В кресло садиться побрезговала. Здесь даже мебель пропиталась въедливым запахом, а предметы виделись в черном мареве. Новым хозяевам жилплощади потребуется светоч, чтобы отчистить помещение от скверны.

Я осторожно сняла перчатки и заткнула их за пояс. Присела на корточки, упираясь спиной в стену, прикоснулась пальцами к полу. Используя заученные до автоматизма методики, зажмурилась и замерла сосредотачиваясь.

Распахнув глаза, я увидела, что разгромленная комната преобразилась в халупу затрапезного вида. Будущий труп нервно ходил из угла в угол, тяжело вздыхая и потирая засаленные рукава сюртука. При жизни хозяин квартиры выглядел лет на сорок, нос картошкой, синюшный цвет лица, мешки под глазами.

– Это же… – ахнула, узнав убийцу лавочника Поликарпова.

Из запоминающихся примет фигурировали клетчатый шарф и кепи. Я машинально посмотрела на входную дверь, возле которой на гвоздике висело пальто солдатского кроя, а из рукава торчал кончик того самого шарфа.

Нашелся, значит, Фрол Кузьмичев! – Я сосредоточилась на видении.

Фрол переместился к окошку и, спрятавшись за пыльной занавеской, пристально высматривал кого-то на улице. Вот он облегченно выдохнул и помахал рукой зазывая к себе. Затем спешно принялся наводить порядок, смахивая объедки со стола в мусорное ведро и закидывая грязную посуду в сервант.