Единственная для командора (СИ)

Когда убегала, то не очень-то обращала внимание на окружающий лес, не наметила ориентиры. Пришлось полагаться на чувство направления. Оно всегда у меня работало, но сейчас усилилось, как будто толстый невидимый канат был натянут между мной и тем местом, куда мне надо. Подумалось даже, что это похоже на волшебство, но у Люмины в памяти не было такого вида магии.

Мне было уже не важно, попадусь ли я кому-то или нет. Очень хотелось оказаться в тепле. По пути набрала шиповника, он оказался сухим и ворсистым. Плевалась, но ела.

Но вот когда по ощущениям уже должна была быть видна дорога, я её не увидела. Прошла буквально шагов пять, и чувство направления пропало, как будто я пришла. С удивлением я оглядела ничем не примечательный лес. Ни дороги, ни деревеньки какой-нибудь. Даже ручья или ягод нет. Не хотелось верить, что моя интуиция подвела, но выбора не было: очевидно, я заблудилась.

Села на корточки и тихо заплакала. И что теперь делать? Это пока мне не встречались звери, но если я продолжу идти, то рано или поздно забреду в чащу, и…

Нет, сдаваться рано.

Пришла мысль, что можно залезть на дерево и тогда я, возможно, смогу разглядеть дорогу. Я резко встала и тут заметила шорох в кустах. Ветки шевельнулись, а я вздрогнула от испуга. Но это оказалась всего лишь птица. Большая, похожая на орла, или на ту, что атаковала медведя. Она жалась к кусту, стараясь скрыться под его ветками. Странно, что не улетала. У неё там гнездо?

Взгляд нашёл алое пятно на траве рядом с птицей, чуть дальше ещё одно, а затем наткнулся на лежащую неподалёку сломанную стрелу.

Наконечник был в чём-то красном, а само древко выкрашено в чёрный. В груди сразу обрадовался тяжёлый камень. Интуиция говорила, что эту стрелу даже трогать нельзя. Только вот стоит ли мне верить своей интуиции?

Теперь было ясно: бедная птица не улетает, потому что ранена. Сердце защемило от жалости и сочувствия. Она в таком же положении, как и я: никто не поможет, из этого леса одной не выбраться, и только чудом не встретился на пути хищник.

Птица не сводила с меня глаз и казалась очень недовольной и напряжённой.

— Не бойся, я не причиню тебе вреда, — как можно ласковей сказала я.

Она отвернулась. Интересная реакция, как будто обиделась на что-то. Но вряд ли птицы умеют обижаться. Я подошла ближе, присела рядом, ведомая желанием как-то помочь. Пусть хоть одной из нас с этим повезёт. Она не испугалась и не попыталась уйти или клюнуть. Но головы не повернула.