Единственная для вампиров Де-Норд

Гость в постели

— Ааааа!

— Господин Де-Норд! — Возмущенно вскрикнула старуха, оборачиваясь в нашу сторону.

Андор крепко держал меня за волосы, намотав их на ладонь и тянул голову вниз, заставляя растечься по мужской груди.

В глазах сразу потемнело, и я едва не сползла вниз, но вампир перехватил мою талию крепкой рукой, не позволяя упасть и только сильнее прижимая к себе.

— Она наша, Маро! И думать забудь!

Сквозь туман я слышала бешенный голос холодного и равнодушного Андора, ощущая горячие дорожки, стекающие по голой коже и неприятно впитывающиеся в ткань платья, делая его мерзим и липким.

Проведя пальцами по гудящему и пульсирующему от боли месту, взглянула на окровавленную ладонь и колени вновь подогнулись, но носферату легко поднял меня на руки и с гордым видом понес за стол, провожаемый повисшей тишиной.

Де-Норды не сговариваясь последовали за своим братом, совершенно не реагируя на взбешенный взгляд Сай, который сжимал пальцами опустевший кубок, угрожая погнуть ножку.

— Церемония отбора закончилась! — Торопливо произнес седовласый и стукнул в гонг, обозначая конец отбора."

"— Не обезболил в наказание тебе, крошка, — зло прошептал мне на ухо беловолосый, по-хозяйски устраивая мое ватное тело на своих коленях. — Чтобы больше не пыталась плести интриг. Запомни — я умею быть мстительным.

Мне сложно было ворочать мысли в голове, потому как меня вновь подняли на руки, как оказалось через несколько минут, и куда-то понесли, сразу же после нового удара в гонг.

А мир все темнел и темнел, погружая меня в тяжелую черную духоту, которая мешала дышать.

— У нее кровь не останавливается, — встревоженно раздалось над головой, и я наконец отключилась, проваливаясь в долгожданную темноту.

Очнулась я от сладкого запаха сливочного мороженого с яблочным джемом, на крайне удобном и мягком стуле. Только голова затекла от наклона в бок, а на шею что-то слишком жарко дуло.

Прислушиваясь к ощущениям, я открыла глаза и едва не заорала, но меня тут же заглушили легким движением в затылок, укладывая голову в изначальное положение.

Я сидела на коленях Эрика, крепко обхваченная двумя крепкими ручищами, а мужчина бессовестно присасывался к моей шее, время от времени поглаживая языком два пульсирующих прокола.

— Пустите! Что себе позволяете!? — зашипела пытаясь отлепить лицо от дорогущей ткани его сюртука, но мою голову настойчиво придавливали обратно.