Единственная, или Семь невест принца Эндрю

Тот самый – со странными значками и со списком претенденток на последней странице.

– Проходи, садись, – пригласила мулатка, показывая на соседнее кресло.

Глаша сделала ещё несколько шагов. Но садиться не собиралась – только узнать о подруге.

– Зурим к тебе заходила?

– Да, – односложно ответила Сапфира.

– А где она сейчас?

– Уже ушла.

И почему Глаше кажутся подозрительными такие невинные ответы?

– А зачем она приходила?

Мулатка молчала. Смотрела как-то странно, мимо Глафиры в пол. И вдруг Глаша почувствовала жжение чуть выше лодыжки.

Она перевела взгляд на ногу и вскрикнула. Рядом с ней извивалась змея. Так вот в чём причина боли – укус двухголовой гадины. В газах запрыгали мушки, ноги сделались ватными. В голове пульсировала единственная мысль: если змея ядовитая, то Крайс так и не узнает решение Глаши."

"Крайс дожидался начала церемонии на небольшом неприметном балкончике, с которого хорошо просматривалась аудитория, где ему предстояло огласить своё решение. До начала оставалось минут пятнадцать, и зал начал постепенно заполняться людьми.

Первыми прибыли юристы, которые должны были задокументировать весь процесс. Потом официальная делегация ООМ, задача которой засвидетельствовать, что во время церемонии никакие межмировые законы не нарушались. Следом подтянулись многочисленные близкие и дальние родственники королевской четы, а затем распорядитель объявил о появлении самих короля и королевы, а также Его Светлости принца Сильвия.

Крайс посмотрел на брата – тот сиял. Нет, внешне выглядел вполне спокойно и невозмутимо, но тому, кто его хорошо знал, трудно было не заметить, какое от него исходит излучение – мегарентгены.

Крайс невольно улыбнулся – он был очень рад за брата. Поначалу побаивался, как тот отреагирует на неоднозначную новость о беременности Зурим. Ожидал всякого. В первые минуты Сильвий прогнозируемо впал в шоковое состояние. Но вышел из него сам, без помощи брата. Крайс ещё только подбирал слова поддержки, когда Сильвий выдал такое, что поразило и тронуло одновременно. Сказал, что понимает Зурим. И даже не просто понимает – восхищён её жаждой стать матерью. Тем мужеством и решимостью, с какими она добивалась возможности иметь детей.

– Зурим бы никогда не оставила дочь. Не смогла бы, как Вилия, просто вычеркнуть её из жизни.

Крайс понимал чувства брата. Тяжело, когда тебя предают, но ты – мужчина, ты справишься, а вот когда предают ребёнка – это вдвойне больно. Сильвий пережил и то, и другое и научился ценить преданность.