На вопрос, как они пережили воздействие, Джар ухмыльнулся:
– Мне дорог мой язык, я еще слишком многого тебе не сказал, а Илэр, если узнает, вырвет мне его с корнем.
Я сунула пальцы между застежками куртки Джара и с удовольствием ощутила под ней горячую голую кожу. Прижалась щекой к его плечу и наслаждалась живым теплом.
– Я люблю тебя, Джар, – шепнула ему на ухо.
– Я опасался, что ты впервые заговорила о любви под воздействием, – сипло признался Джар, остановился и спросил: – Ты помнишь, что тогда, в воде, сказал я?
Потерлась щекой о его плечо и ответила:
– Да, ты не знаешь, что такое любовь у землян.
Но я твоя, а ты мой.
Кажется, мы добрались до нашей каюты, уж очень хотелось уединения. Когда за нами с шипением закрылись двери, Джар посадил меня на кровать, трансформировавшуюся из переборки, затем приказал системе поднять температуру, чтобы я согрелась. Опустился передо мной на колени и серьезно посмотрел в глаза:
– Я пока не знаю, что такое ваша любовь! Но поверь, мои чувства к тебе гораздо больше, глубже и острее, чем ты можешь себе представить.
– Чтобы ты напомнил мне о том, чего я не помню, мне нужно снова попросить? – хрипло поинтересовалась я.
– Больше никогда, – мотнул головой Джар. – Просто прикажи, если захочешь. – А потом хитро усмехнулся: – Вскоре ты будешь просить оставить тебя в покое.
– Ни за что! – уверенно заявила я, наслаждаясь теплом в каюте и видом Джара.
– Свет на нижний уровень, – приказал он системе.
Между нами была та самая нежность и неторопливость, которой так не хватало в первый раз.
Медленное раздевание, чувственные ласки, когда мы боялись оторвать друг от друга взгляд, а коснуться хотелось везде. Мы нежно целовались, делясь любовью, а не жадно набрасываясь. Мы словно заново рождались, превращая наше второе слияние в праздник души.
Потом мы лежали, прижавшись друг к другу тесно-тесно, и шептались в уютной темноте, поверяя мелочи и тайны и делясь самым сокровенным. Сближались, срастались, радовались, что обрели друг друга.
– Как нас нашли? – я положила ладонь на грудь Джару и легонько поглаживала. – Почему так долго искали?
Он перехватил мою руку и целовал каждый палец, неспешно давая ответы:
– Рем Тошиль…
– Рем?
– Командир корабля. Он не мой непосредственный начальник, наша боевая группа действовала в рамках своей спецоперации. Рем Тошиль отвечал за транспортировку.
– Угу. Так что насчет эвакуации?
Мой янт чуть поморщился, прежде чем начать:
– Все, как обычно, на Полярной.
