Единственные

Какого он снова обвиняет её в том, чего не знает?

Она пыталась соблюсти видимость приличия. Дверь открыла, в дом пустила, чайник поставила, на типичный вопрос о делах ответила не менее типичной фразой, что у неё всё хорошо. Не думал же он, что она сейчас начнет изливать душу?

Перед ним.

Лана приучила себя: её чувства только её. Она могла посетовать Светику, поплакаться, но всегда старалась сдерживаться. Ни к чему. Слишком много пришлось пережить за последние полтора года. И абсолютно непонятно, что будет дальше.

Она не лукавила, когда сказала подруге, что хочет побыть в одиночестве. День выдался красочным на эмоции, в большинстве случаев они оказались негативными. Приход Захара Волгарского был очень не кстати.

Причем, у неё создавалось впечатление, что он ожидал другого. Она не могла точно определить, что ее смущало, но было нечто в облике мужчины, что настораживало. И добавляло дискомфорта.

Если им пока сложно общаться и примириться с обществом друг друга, зачем усложнять?

Её фраза не понравилась Волгарскому.

Хотя…

Кто знает, что теперь станет с детьми, и какие условия он выдвинет.

- Продолжаешь оскорбляться? – вкрадчиво спросил Захар, чем напомнил ей притаившегося хищника.

В Волгарском было очень многое того, что отталкивало Лану в мужчинах. Самоуверенность. Хамоватость. Уверенность, что он во всем прав.

Вспомнить хотя бы его поведение в первые десять минут знакомства. Чего он ей только не наговорил! И после этого ожидает, что она пойдет на мировую?

Она пойдет, конечно, но не на тех условиях, о которых думает он.

- Нет, - снова ушла от прямого правдивого ответа Руслана. – Мы не в той ситуации, когда стоит хранить и лелеять обиды и недоразумения.

- Разумная девочка.

Руслана поморщилась.

- Захар, а вы можете меня не называть девочкой? У меня есть имя.

Его полноватые чувственные губы растянулись в саркастическую усмешку.

- Могу, - ответил он тем же ленивым тоном и добавил: - Но не хочу.

Лана сжала губы. И как с этим человеком договариваться?

Если бы не Лешик и Богданчик, она и минуты не терпела бы его общество.

- Кофе не предлагаю. Чай. Зеленый или черный?

- Зеленый.

Он снова откинулся на спинку стула.

Лана кожей спины чувствовала, как он пристально наблюдает за её действиями.