Единственные

Дура!

Господи, почему в самые ответственные моменты на неё что-то находит? Нет, чтобы попытаться переломить себя из-за детей, она, лелея чувство усталости и свою собственную боль, она сделала всё, чтобы показать Волгарскому, что тот зарвавшийся засранец?

Ему это надо? Нет. Он и сам прекрасно всё о себе знает.

Нет, ей надо было полезть на рожон.

И на кого? К кому?

Раскаяние затопило Руслану, и она, чтобы скрыть его, обхватила горячую кружку обеими руками, не замечая, как обжигается. Не сильно, не до повреждения кожи.

- Да, конечно.

Как ему объяснить, что она ждала чего-то другого? Что малыш, например, сразу потянется к ней, почувствовав родную кровь? Что улыбнется хотя бы ей? Что-то скажет на своем языке? Хоть как-то проявит любопытство, небольшую симпатию.

Нет. Ничего подобного.

- Я видел, как ты расстроилась.

Лана пожала плечами, выказывая сомнения и тревоги.

- Естественно. Какая мать не расстроится…

- Ещё нет результатов.

А вот это был посильнее удара под дых. У Ланы даже в глазах потемнело.

Волгарский был прав, результатов не было, но она-то знала и чувствовала! Ей что угодно могли говорить, но она была в своем праве! Многие люди никогда не обращают внимание ни на интуицию, ни на внутренний голос. Лана же прислушивалась. И они её не подводили.

- Леша мой сын, - негромко, но твердо проговорила она, позабыв о своем намерении не вступать в дебаты с Захаром.

Тот снова скривил губы.

- А Богдан мой. Интересно, Руслана, когда ты направлялась ко мне в офис, ты рассматривала вариант, что я могу у тебя отобрать его, при этом не допустив к Лешке?

глава 9

- Ублюдок…

Сначала вскочила Лана, чудом успев поставить кружку на стол.

Зато Волгарский четко знал, что делает. Потому что поднялся следом, предвидя её реакцию.

Всё далее происходящее осталось для Русланы полнейшей загадкой.

Как в тумане.

Что с ней произошло? Что сподвигло на столь экстравагантную с её стороны выходку, она потом не сможет ответить. Видимо, сорвалась с крючка задвижка, что сдерживала эмоции.

Как Лана оказалась рядом с Захаром Волгарским она помнила плохо. В памяти лишь запечатлелась ярость и ненависть, что хлынули из Ланы. У неё впервые в жизни возникла потребность причинить другому человеку физическую боль. Она в школе даже ни разу ни с одной девочкой не подралась.

А тут взрослый мужчина, раза в полтора, а то и в два превышающей её в весовой категории.

Она хотела вцепиться в его холеную рожу. Расцарапать.