Единственный...

Я на него не смотрела и, подойдя к двери, начала в сумочке искать ключи, но слышала, как Кириан шел. Он очень сильно хромал, хоть и казалось, что пытался этого не показывать. Ко мне подошел очень осторожно и что-то протянул:

— Возьми.

Я посмотрела на то, что Агеластос мне пытался дать. Кажется, какая-то мазь и лейкопластыри.

— У тебя порезы на плече.

У меня и правда осталось там несколько неглубоких царапин. Я немного поранилась, когда пыталась разнять Кириана и Ксенона.

Ни мазь, ни лейкопластыри я не взяла. Молча открыла замок и зашла в подъезд, спокойно закрывая за собой дверь.

Всю оставшуюся ночь я убирала в прихожей. Собирала осколки и вытирала кровь.

Ближе к утру, опять выглянув в окно. Увидела Кириана. Он все так же сидел на бордюре около столба. Рядом лежали все те же лейкопластыри и мазь.

* * *Я так и не спала, а когда утром собиралась в больницу, ко мне зашла соседка."

"— Слушай, там парень сидит около подъезда, — сказала она. — Это же твой знакомый? Ему бы в больницу. Я подходила к нему и говорила об этом, но он меня не слушает.

— Он взрослый человек и сам может решать, что ему делать.

Соседка качнула головой и сказала, что сама работает медсестрой и судя по тем ранам, которые были у Агеластоса, она предполагала, что в них осталось стекло.

— Его нужно достать, — сказала женщина.

— Это его проблемы. Тот парень не является для меня близким человеком, чтобы я о нем хоть как-то переживала.

Женщина тяжело вздохнула и ушла. Позже, когда я выглянула в окно, чтобы проверить приехало такси или нет, увидела, что она подходила к Кириану и протянула ему бутылку с водой.

Прошло еще минут пять и наконец-то приехала моя машина. Я вышла на улицу и когда закрывала дверь, Агеластос опять подошел ко мне. На этот раз протянул стаканчик с кофе. Я на него посмотрела с безразличием и пошла дальше к такси. Кириан поковылял за мной.

— Я не должен был трогать твоего брата. Как он?

«Ты существовать не должен» — пронеслось у меня в голове, но я ничего не сказала.

Уже будучи там я сразу не нашла палату Ксенона и лишь спустя время, потраченное на расспросы, узнала, что его положили в другую палату — самую лучшую. На мои вопросы почему такое произошло, мне ничего нормального не ответили и уже вскоре отвлекли словами, которые мгновенно накалили нервы.