Единственный...

На данный момент меня интересует старшее поколение. Было ли давление, угрозы или принуждение к чему-нибудь?

— Нет. А должно было быть? — я еще сильнее нахмурилась. Насторожилась.

Мужчина наконец-то оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на меня.

— Раз вы связаны с моим сыном, такое возможно. Как я уже сказал, меня не касается то, что происходит между вами и Кирианом, но я бы хотел избежать возможно причиненного вам вреда со стороны членов моей семьи.

— Я не связана с вашим сыном, — сказала, отрицательно качнув головой.

 — И почему это члены вашей семьи должны причинять мне вред?

— Нет, связаны, — господин Агеластос говорил спокойно и выглядел безъемоционально, но в его присутствии все равно невольно напрягалось все тело. — На данный момент вы представляете некий интерес для Кириана и этого достаточно.

— Достаточно для чего?"

"Мужчина откинулся на спинку кресла и слегка приподнял голову. По его глазам я ничего не могла понять, но мне казалось, что он о чем-то задумался.

— У меня нет цели вас напугать, — господин Агеластос явно заметил мою настороженность. — Но вы должны понять обстановку, в которой теперь находитесь.

— И что же это за обстановка? Я вас внимательно слушаю.

Некоторое время мужчина молчал. Явно о чем-то думал и лишь спустя несколько долгих секунд опять нарушил тишину:

— Думаю, вы понимаете, что в руках моего сына находятся огромные деньги и влияние, но так получилось, что только после того, как ему исполнится двадцать два года, он получит то, недоступно ни мне, ни какому-либо члену нашей семьи.

Этот факт общеизвестен и не скрывается. Естественно, он у многих вызывает недовольство. Кириана предпочли бы лишить всего этого, но, поскольку не могут тронуть его, возможно, попытаются прикоснуться к тому, что вызывает у него интерес.

Я поджала губы. Вслушивалась в каждое слово мужчины и пыталась уловить то, что находилось за ними. Почему-то я отчетливо понимала, что господин Агеластос смягчал фразы и даже за вот этим «Лишить Кириана всего этого» скрывалось другое, страшное слово — «убить».

Я выросла в обычной семье с достатком ниже среднего. Мы те, кто присматривал в супермаркетах товары по акции, хороший сыр покупали на праздники и так же только на них готовили особые блюда, не позволяя себе их каждый день. Одежду относили в ремонт и обувь подклеивали. То есть, жили обычной жизнью и все то, что говорил господин Агеластос для меня было далеко.