Единственный...

Я взяла телефон и посмотрела на экран. На нем увидела мальчика лет восьми. То, что это Кириан я поняла сразу — по чертам лица, практически белоснежным волосам и голубым глазам. Оказывается, он был очень красивым ребенком. Вот прямо до безумия. Такого мальчишку прямо отхватили бы в модельный бизнес.

Кириан лежал на белоснежной кушетке и к голове были присоединены какие-то датчики. На заднем фоне что-то размеренно пищало и мужчина, которого не было видно в кадре, задавал Агеластосу вопросы. Я не понимала, на каком языке они разговаривали, но внизу экрана были субтитры на греческом.

Сначала мужчина спрашивал какие-то жутко сложные формулы и мальчишка отвечал. Спокойно и не запинаясь. Будто и не раздумывая над ответами — настолько они были легкими. Потом последовали вопросы с истории. Учитывая имена исторических личностей, я предположила, что это видео было снято в Бельгии.

Не знаю почему, но мне было жутко смотреть это видео. Может, из-за проводов, присоединенных к Агеластосу, а, может из-за взгляда Кириана.

Последними были вопросы о самом Агеластосе.

«Как ты живешь в социуме? Ты чаще всего находишься среди тех, кто значительно старше тебя. Как ты общаешься со сверстниками? Является ли для тебя критичным возраст твоего собеседника?» — спрашивал мужчина.

«Не считаю, что возраст является показателем хоть чего-нибудь. Почти все люди одинаково …» — последнее слово было без перевода.

«Кириан, я уже просил тебя обойтись без ругательств»

На этом видео прерывалось.

— В сети много подобных видео, — сказала Калиса забирая свой телефон. — Ну, вернее, не так уж и много, но учитывая, что все это научное интервью, их достаточно. Обычно такие штуки не особо выпускают в сеть. Думаю, тут сказалось, что он не только мальчик умный, но и его недоношенность.

— Сколько ему лет? — спросила, смотря на свои ладони, в которых только недавно был телефон.

— А?

— Сколько сейчас лет Агеластосу? Если он получил уже несколько высших, значит он учится не как мы.

— А, ты об этом. Если честно, я не помню. Девчонки об этом разговаривали, но… — Калиса задумалась. — Я забыла. Он младше, чем должен быть пятикурсник, но не критично. Может, двадцать лет.

Я посмотрела на девушку, а потом опять на свои ладони. Все еще плохо воспринимала все то, что она сказала и даже потерла кончиками пальцев виски, пытаясь собраться с мыслями.