Единственный...

Она фыркнула и достала из своего рюкзачка небольшую коробочку, которую тут же отдала Кириану.

— Можешь не возвращать его, но потом с тебя кофе.

Агеластос кивнул, после чего, вновь куда-то повел меня.

— Кто это был? — спросила, когда мы завернули за поворот.

— Кузина.

В следующий момент Кириан толкнул дверь и завел меня в пустующую аудиторию. Наконец-то отпустил мою руку, но тут же протянул мне коробочку с нитками и иголками.

— Зашей платье.

Я забрала этот набор, но прежде чем снять с себя футболку Кириана, подняла на Агеластоса недовольный взгляд.

— Выйди, — не просила. Требовала.

— Я уже видел тебя голой.

После этих слов я до скрежета стиснула зубы и посмотрела на Агеластоса прищуренными и вспыхнувшими глазами. Несколько очень долгих секунд он тоже молча смотрел на меня, но, в итоге, отвернулся.

Я тоже на всякий случай отвернулась, после чего сняла футболку Кириана и, положив ее на парту, начала подбирать в наборе самые подходящие нитки. Сделав это за считанные секунды, принялась зашивать платье.

— Ты посмотрела, что было в коробочке? — спросил Кириан. Сейчас мы стояли спинами друг к другу, но мне все равно было как-то странно находиться с ним в одном помещении, в тот момент, когда я была полуобнаженной. Хотя, он куда больше рассмотрел, пока в коридоре пытался закрыть мой лифчик платьем. Проклятье, почему я покраснела при мысли об этом?

— В какой?

— В той, которую ты сегодня выбросила.

— Нет. Мне ничего от тебя не нужно, — я поджала губы, пропуская иглу через ткань платья.

Случайно уколола палец и зашипела, а потом сделала глубокий вдох и, опустив голову, сказала: — Единственный подарок, который ты можешь мне сделать и, при этом, я не откажусь от него — это удалить видео с «Зимнего вечера».

— Какое видео?

— Видео нашего первого и единственного раза, — я закрыла глаза и сильно зажмурилась. Между мной и Кирианом было примерно полтора метра расстояния, но я все равно так отчетливо ощущала Агеластоса и уже не могла отрицать того, что рядом с ним все было совершенно иначе.

Мир казался другим, а каждый вдох более будоражащим.

Я желала все это вырвать из себя, но не могла и в очередной раз проклинала за слабость, ведь продолжая реагировать на Кириана, ощущала адскую боль, представляя, как он показывал то видео Гатису и они вместе смеялись.

— Нет никакого видео.

— Иерон сказал, что есть, — я продолжила зашивать платье. Думала, что, занявшись делом, немного отвлекусь и успокоюсь. Ни черта не получалось.