Она открывает с брелока гараж.
Мужик ее… не мужик, скорее парень лет двадцати. Где-то я его видел.
Ширма медленно ползёт вверх.
— Вы бы, Лариса, «Димочку» отпустили. Разговор все-таки конфиденциальный, — оглядывается Медведь.
— А я не могу отпустить Димочку! Он сегодня меня развлекает! Я его купила…
Ясно. Вспоминаю, где видел. Проститут, точно! По одному моему делу давно проходил как свидетель. Пацан еще был совсем.
Виляя бедрами Лариса заходит в гараж. Ковыряется ключами в замке, чтобы открыть дверь из гаража во двор.
Полы шубы метут бетонный пол.
Вижу, как Медведь притормаживает парня.
— Исчез!
Тот понятливо линяет.
— Лариса, а давайте помогу? — протягиваю руку, забирая ключ.
— А давайте, Лев!
Но вместо того, чтобы открыть дверь во двор, я закрываю с брелока ширму гаража за спиной Медведева.
— Это работает не так… — облизывает она свои яркие размазанные губы, пафосно рисуя в воздухе пальцами.
Утыкаю молча ей в челюсть ствол.
— Замри.
Смотрю ей в глаза. Ее пальцы так и зависли в воздухе не дорисовав пьяные вензеля.
— Что происходит?..
— Я выстрелю тебе в нижнюю челюсть и изуродую так, что ни один хирург не соберёт в первоначальную версию.
— Не надо… — тяжело сглатывает она, мгновенно трезвая. — За что?.. Вам деньги нужны? Сколько?!
Медведев забирает у нее сумочку, вытаскивает оттуда айфон.
— Палец приложи.
Лариса медленно прикладывает палец.
Пока Медведь изучает её телефон, я просто смотрю ей в глаза. Бывают же суки… Как их земля носит?
— Скольких вы убили?
— Я никого не убивала! Откуда я знаю?! — шёпотом.
— Сколько квартир ты оформила им?
— Одиннадцать… но есть и другой нотариус…
— Значит, одиннадцать человек убила. Спокойно спишь?
— Не убивала я…
— Ну и я буду спокойно… — вжимаю ствол в щеку глубже.
— Пожалуйста… пожалуйста… пожалуйста… — зажмуривается она. — Я дам показания… я все расскажу… Я явлюсь с повинной!
— Сейчас ты хорошо подумаешь минуту. А потом расскажешь мне все, чтобы я мог найти свою сестру, которую похитили твои подельники. Найти быстро. Сразу.
Если у меня не получится сделать это в ближайшие пару часов, то мой товарищ, который будет присматривать за тобой, отстрелит тебе челюсть и оставит подыхать здесь.
Бросает испуганный взгляд на сурового небритого Медведя.
— Будет очень больно и очень долго. Возможно, пару суток.
— Они что — забрали Вашу сестру?
— Мою младшую любимую сестрёнку, за которую я на вертел в день по пятьдесят таких тварей как ты насаживать буду. И спокойно спать. Без суда и следствия.
