Ее монстр

Неожиданно наступившая темнота не позволяла мне вновь и вновь обращать взор к тому месту. Но спокойнее от этого не становилось.

Всеми силами старалась совладать с эмоциями, однако ощущение дрожи, сотрясавшей тело привалившегося к моему плечу штурмана, мешало. Еще и странное состояние тревоги… Не сразу поняла, что оно связано с амиотом. Я неведомым образом чувствовала отсутствие Седьмого. Или просто интуиция подсказывала, что монстр ушел?

– Ты должен надеть… это, – запнувшись, я ткнула Игеря в плечо.

В темноте мы не могли видеть следы крови на скафандре, но ее запах… Неважно.

Воображаемый или реальный! Он усиливал панику и рождал отвращение.

– Ты спятила? Я не могу…

Игеря трясло. Он обессиленно обмяк, в поисках поддержки привалившись ко мне.

– Ты же замерзнешь. Надень, – продолжала увещевать.

В сумерках мир сузился до нас двоих. Я догадывалась, что другие амиоты рядом – изредка доносились похожие на бормотание звуки и стоны амиоток. Но как-то реагировать на их присутствие, опасаться или прислушиваться сил не было – ни моральных, ни физических.

И не у меня одной.

– Какая разница? – голос мужчины дрожал. Возможно, он плакал.

Я и сама с трудом сдерживала слезы: после всех пережитых смертей, казалось, уже ничто не способно поколебать мое смиренное принятие происходящего. Но нет. То, как ужасно погиб этот человек, пусть он и произвел на меня неприятное впечатление… Такой смерти никто не заслуживает.

– Все, что нам остается, – цепляться за жизнь, – я заставила себя ожесточиться и настойчиво толкала сверток штурману в руки.

 – Не думай о случившемся. Сейчас намного важнее, чтобы системы обогрева этого скафандра работали. – Подняв глаза к небу, куда тише добавила: – Это место… оно жуткое. То ультразвук, то внезапная темнота, хотя лишь недавно наступило утро. И странный снег… Накануне ничто его не предвещало. Другой теплой одежды не предвидится, а с заходом розового светила снова похолодало. Что с климатом на этой планете? Вдруг дальше будут заморозки?

Игерь ко мне прислушался и, пересиливая рвотные позывы, кое-как на ощупь очистив скафандр от ошметков чужой крови, наконец оделся.

– Они с ним это сделали?

Говорил он глухо, но дрожал уже ощутимо меньше. А неприязненное поеживание легко было объяснить воспоминанием о судьбе, постигшей предыдущего владельца скафандра. Ясно же, о ком речь…

– Не они. – У меня сомнений не было. – Те, кого они убивали, после смерти выглядели иначе.