Ее монстр

И недоумевать: как можно настолько чем-то увлечься, чтобы не замечать ничего вокруг? Всего несколькими мгновениями ранее, если бы своевременно не развернул ее в другом направлении, она бы протопала прямо на очередное зеркальное озеро-ловушку.

Она не неуклюжая, она… безрассудная!

Я перестал прислушиваться к фоновым мыслям собратьев, силясь уследить за цепочкой образов, рождающихся в голове Трои, – от знакомых и памятных мне соприкосновений губами до странных комбинаций из двух сплетенных тел с последующей трансформацией одного из них… Что-то непонятное промелькнуло в ее памяти.

Существо, вылезающее из недр тела другого существа?

Резко остановившись, стиснул ладонями плечи Трои. Это зрелище… То есть картинка, на мгновение вспыхнувшая в сознании женщины, разозлила! Рык, превосходящий даже гнев Орша накануне, вырвался из-за моих сцепленных зубов. Добыча испуганно подскочила на месте, попытавшись развернуться. Как на мое поведение реагировали собратья, не замечал. Что беззвучно вопрошали – тоже.

Все заслонила ярость, вызванная образом Игеря и Трои, соприкасающихся губами. Моя добыча!

И она не безрассудная, она… притягательная!

Реакция оболочки оказалась неожиданно сильной. Показалось, что воздух потяжелел, заискрившись, а свет уплотнился, окружив золотисто-белой стеной. Глаза перестали видеть, обоняние заблокировалось, а руки? Руки сильнее притиснули к себе женщину.

Склонив голову, дотронулся до ее губ своими, концентрируясь лишь на расширяющихся, потрясенных глазах Трои.

Вновь накатило испытанное ранее ощущение жадного довольства. Мы словно оказались только вдвоем, отрезанные от вселенной и парящие над землей.

Вернее, падающие вниз…

Коснувшись моих губ, Кин замер. Словно окаменел, явив мне свою прежде невиданную сторону. Непередаваемое ощущение, я в доли мгновения стала частью скульптурной группы, причем единственной одушевленной ее частью. Ни биения сердца мужчины, ни тепла дыхания – лишь ощущение его практически осязаемой концентрации и напряжения.

Инстинктивно я быстрее среагировала именно на состояние амиота – испуганно отстранилась, разрывая физический контакт наших губ. И лишь затем осознала перемены: окутавшее нас золотистое свечение угасло, вновь позволив видеть окружающий мир. Вот только он стал… иным.

Иначе не объяснить ни поблекшие цвета, как на потерявшей яркость фотографии. Ни исчезнувшие звуки, будто громкость свели до минимума.