– Без письменных показаний никуда, – повторил Серабоне.
– У нее теперь другая жизнь, муж, дети, церковная община. Да и родители Бет Стинсон еще живы. Они ничего об этом не знают. В те времена свидетельница и ее убитая подруга были всего лишь девчонками, глупыми и наивными.
Рик поглядел на Трейси.
– Дай мне что-нибудь такое, с чем я могу пойти к судье, а уж я постараюсь оправдать необходимость этого анализа в глазах Данливи, – повторил он, имея в виду своего начальника, прокурора округа Кинг Кевина Данливи.
– Убийство Стинсон было в свое время громким делом. И жители Шорлайн вряд ли обрадуются, если узнают, что Герхардт может выйти на свободу.
– Погоди, – остановила его Трейси. – Какие у нас есть варианты?
– Нужны письменные показания, – стоял на своем Серабоне.
– Что, если я напишу показания от своего лица, в которых заявлю, что встречался со свидетельницей и она мне все это рассказала? – предложил Дэн. – Конечно, это будет информация из вторых рук, но ведь я лицо процессуальное, и моего свидетельства должно хватить для такого частного случая, как получение разрешения на анализ ДНК.
Если анализ подтвердит, что ДНК принадлежала не Герхардту, а Томи или кому-то еще, то из этого и будем исходить.
– Не уверен, что это прокатит, – засомневался Серабоне.
– Послушай, Рик, – сказала Трейси, – не исключено, что речь сейчас идет о человеке, который еще девять лет назад начал убивать женщин. И ДНК с того места преступления вполне может принадлежать ему. Или Томи. Оно свяжет его с остальными убийствами.
И вообще, ты что, хочешь, чтобы люди узнали, что этот тип продолжает убивать из-за того, что ты отказался от ДНК-теста? Спроси у Данливи, что с ним будет, когда подойдут следующие выборы.
– Я не уверен, что ДНК принадлежит именно Томи, – ответил Серабоне. – А то, что он защищал Герхардта, – простое совпадение, не больше.
– А вдруг нет? А вдруг это вовсе не совпадение? – сказала Трейси. – Психолог из ФБР говорит, что Ковбой очень хорошо соображает.
Мы знаем, что Томи тоже далеко не дурак, раз сумел сдать экзамены на адвоката. Он знает законы. Еще мы знаем, что он любит стрип-клубы и, может быть, бывал в «Грязном Эрни». Вот и получается, что Томи убивает Стинсон, а полиция проводит расследование и арестовывает Герхардта. Томи, который в это время как раз работает государственным защитником, приходит к начальнику и просит дать ему защищать арестованного.
– Не знаю, – ответил Серабоне, явно не убежденный.
