Настроение тоже хорошее, я сейчас чувствую себя маленький ребенком, который сделал гадость и теперь радуется собственной сообразительности.
Нику кофе я ставлю первому. Не хочу упустить его реакцию на мой шедевр. После ставлю чашки возле его партнеров.
— Что-то еще, Никита Александрович? — Произношу и смотрю на Ника, который не может сдержать довольной улыбки от моей покорности."
"В этот самый момент Ахметов подносит чашку к губам, делает глоток. Я вижу, как он замирает на секунду, кажется, не может решить, что сделать глотнуть или выплюнуть то, что во рту.
Но кажется решает, что партнеры не разделят его манер, если он плюнет в чашку. Вижу как он смотрит на мужчин, которые тоже приступили к своим напитка. Боится, что у них та же бодяга, что и у него. Но у всех все хорошо, вижу недоумение в его глазах. Ему все же приходится глотнуть, но в эту самую секунду его глаза находят меня, и я вижу, что он меня прибьет, как только у него появится на это возможность.
— Нет, ты можешь быть свободна, — произносит стальным голосом, от которого у меня мурашки тут же появляются на коже.
Я вылетаю из кабинета и тут же несусь в дамскую комнату. Господи, что же я творю? Я ведь специально сделала ему эту бурду в чашке, чтобы привлечь его внимание ко мне…
Взять себя в руки и пойти на свое новое рабочее место оказывается не так уж и просто. Мне нужно время, чтобы хоть немного привести себя в порядок.
Первый час, после моей выходки с Ахметовым, я не нахожу себе места. Мечусь из угла в угол и жду расправы.
Партнеры Ника не выходят. Они очень долго ведут беседу, а у меня тем временем валится из рук все, чтобы я в них не брала. Нервы сейчас ни к черту.
К третьему часу их переговоров у меня получается успокоиться. Я уже даже начинаю верить в то, что Ахметов забудет про меня к концу рабочего дня. Может у него там какие-то проблемы и ему будет не до меня? Они же там три часа что-то важное, наверное, обсуждают?
— Если ты еще здесь, значит с кофе все прошло хорошо? — Чуть не подпрыгиваю на месте от того, что мне на ухо кто-то начинает шептать.
Господи, да чего же так подкрадываться то? Я ведь и коньки окинуть могу. Заставляю себя растянуть губы в улыбке. Олег же не виноват, что мои нервишки шалят. Тем более, мне здесь не помешает друг, который всегда рад мне помочь.
— Ты мой спаситель, без тебя, я бы уже искала другую работу, — разворачиваюсь к парню и сверкаю своей улыбкой. Вижу, как он тут же начинает собой гордиться.
