Я не выдержала и начала пока что без тебя, — мама светится от счастья, а я лишь сильнее сжимаю лямку рюкзака пальцами.
— Ну вы собирайтесь дальше, а я пока что отвезу в дом то, что уже упаковали в машину, — мужчина закрывает альбом и встав с дивана направляется на выход.
— Анют, обедать будешь? — мама тут же подрывается с места и несется на кухню, а я чувствую, что начинаю нервничать еще больше.
— Буду.
Неуверенно иду за ней на кухню, опираюсь о столешницу и выдохнув поднимаю на маму глаза, которая уже суетится возле плиты.
Я даже не знаю, как начать разговор.
— Мы с Сашей говорили о том, что твоя комната может быть на втором этаже. Помнишь, та просторная, с балконом? Она просто потрясающая. Саша сказал, что ты можешь там все сделать по своему вкусу. Любой ремонт. Дать волю своему воображению. Здорово, правда?
— Мам, я хотела с тобой поговорить…
Хочу сказать это громко, но получается как-то хрипло и тихо. Мама меня не слышит и продолжает, от чего чувство того, что я ее предаю, усиливается.
— Мы теперь все будем жить в одном доме. Станем одной большой и дружной семьей. Никита, конечно, отреагировал очень резко, но я уверена, что скоро все станет лучше. Он очень болезненно переживает разрыв отца с матерью и…
— Мам, я не перееду в дом Александра, — опускаю глаза в пол и произношу достаточно громко, чтобы мама точно меня услышала.
Мамина рука с половником застывает в воздухе так и не занырнув в кастрюлю с супом. Она смотрит на меня и несколько раз моргает, а я лишь сильнее сжимаю пальцами лямку рюкзака.
Я вижу, что она шокирована услышанным.
Я чувствую себя фигово, а это только начало разговора, он, по сути, еще даже и не начался.
— Что ты такое говоришь, Анюта? — она нервно улыбается и я опускаю глаза в пол. Именно сейчас я понимаю, что этот разговор будет очень тяжёлым, потому что она уже смотрит на меня так, будто я лишила ее опоры под ногами. — Если это шутка, то очень несмешная. Я…
— Мам, это не шутка, я говорю серьезно. Я хочу остаться здесь.
Половник приземляется на столешницу с громким звуком, и я громко втягиваю воздух.
Кажется, до мамы наконец дошла суть моих слов.
— Что ты такое говоришь? Как это ты никуда не поедешь? Почему?!
Мама пытается говорить спокойно, но я слышу как срывается ее голос.
— Мам, ты не обязана брать меня с собой для того, чтобы съехать с любимым человеком. Я уже достаточно взрослая для того, чтобы жить одной. Ничего ведь не случится от того, что мы будем жить в разных домах.
