Эффект домино. Падение

 — Это что-то на мексиканском?

Мы оба замираем напротив друг друга. Уверена, мы вспомнили одно и то же. Тот день, когда у нас всё началось возле той кофейни. Дышим друг на друга, как два быка на корриде, общаясь на каком-то ментальном уровне.

Иногда взгляды говорят громче слов, а наши сейчас не говорят…

Они кричат, вопят и рвут мне душу. Первая прекращаю этот бессмысленный поединок и, отвернувшись, выхожу за дверь.

Не думал, что мне будет чертовски сложно держать себя в руках. Самоконтроль повернулся ко мне задом и свалил в неизвестном направлении, оставляя тет-а-тет с моим проклятьем в лице ведьмы, что сидит сейчас рядом со мной, источая свои колдовские чары.

Руки чешутся обхватить шею Кассандры ладонями и сжать как можно крепче, чтобы ей было невыносимо дышать, и она умоляла меня о пощаде. Хочу, чтобы она боялась меня, а не смотрела с таким откровенным вызовом, прекрасно зная, что ей за это ничего не будет. Хочу изгнать из её глаз ту девчонку, в которую меня когда-то угораздило втрескаться, чтобы не чувствовать к ней ничего, кроме ненависти или хотя бы равнодушия.

Сидит в полуметре от меня и пыхтит от злости, словно утюг в режиме отпаривания. Даже боковым зрением мне видно, как её грудь высоко вздымается и опускается в такт этому пыхтению, и это не даёт мне нормально сосредоточиться на дороге. А ведь она ещё не знает, что какое-то время нам предстоит жить в моём доме, и ей придётся играть другую роль.

За восемь лет её фигура изменилась. К несчастью для моей выдержки, Кассандра приобрела аппетитные формы. Это я успел заметить ещё в автобусе, пока разглядывал её стройные ноги, только слегка прикрытые шортами в их верхней части. Она стала ещё сексуальнее, а её округлые бёдра меня вообще сведут в могилу, если будут постоянно мелькать перед моим носом.

— Кто был в том мешке?

Даже удивлён, что она спрашивает об этом только сейчас.

— Проститутка, умершая от передоза.

Молчит. Наверняка думает, о чём ещё бы спросить. У меня тоже появилось не меньше тысячи вопросов, но ни один ей не задам, потому что не стоит ковырять уже зажившие шрамы. Ни к чему это.

— У тебя в заначке всегда есть лишние трупы?

Чёрт, хочу засмеяться от её вопроса, но не могу себе этого позволить. Я должен производить устрашающее впечатление, а не выглядеть добродушным простачком.