Эффект домино. Падение

На худой конец, если не успею выйти через спальню, оббегу дом с другой стороны и спрячусь в своей комнате.

Снимаю с себя униформу Лорен, оставаясь в одних трусиках. Бюстгальтера у меня теперь нет, как и других вещей, которые Брайан зачем-то выбросил, пока я переодевалась в его квартире. Представляю, как злорадствовала Ханна при виде этого подпоясанного фартуком балахона. Лорен больше меня размера на три, но в том коротком платье Брайан мне не позволил расхаживать. «Домработницам не положено щеголять в платьях, из которых вываливается грудь», — эти грубые слова были бесплатным приложением к выданной мне спецодежде.

Тогда я смолчала, сделав вид, что меня не трогает его резкость. Ему ни к чему знать о том болезненном сгустке обиды, засевшем в области левого подреберья.

Неужели у него не осталось ко мне ничего, кроме неприязни? Не могу поверить, что он стал настолько бессердечным. Впрочем, если этот орган у него всё ещё имеется, то теперь он занят очень красивой блондинкой.

Непроизвольно морщусь, вспоминая отвращение на лице его девушки, адресованное мне.

Поддавшись секундному порыву, стягиваю с себя остатки «прикрытия», мысленно показывая Ханне средний палец, и ныряю рыбкой в бассейн. Резко проснувшаяся во мне гетера представила, что за ней в этот момент наблюдает Брайан и пускает слюни. Смешно, конечно, поэтому хорошо, что мои мысли никто не слышит.

Я уже и позабыла, какое наслаждение может дарить плавание. Вода постепенно забирает себе всё моё напряжение, давая расслабиться хотя бы на какие-то минуты.

Опершись локтями на дальний бортик, через край которого переливается вода, создающая издали иллюзию бесконечности, поднимаю голову, чтобы полюбоваться яркими звёздами. Здесь они выглядят просто огромными по сравнению с Финиксом.

— Брай, ты же вроде бы закрывал дверь? — чуть под воду не ухожу от мурлыкающего голоса Ханны, ворвавшегося в вечернее безмолвие.

Чёрт возьми… Почему я не услышала шум мотора? И почему Ханна здесь? Я прекрасно слышала слова Лорен, и перепутать «Слава Богу, Брайан просил не готовить на эту вертихвостку» с чем-либо другим я точно не могла.

Стараясь быть по максимуму бесшумной, снова ныряю как можно глубже, чтобы добраться до оставленных вещей незамеченной. Доплыв до бортика, высовываю голову лишь наполовину и поворачиваюсь к ним спиной, чтобы моя тёмная макушка слилась с темнотой. Дышать я как-то должна, в конце концов.