Егерь императрицы. Гвардия, вперёд!

Видели часто, как эти самые лакеи в толчки разгоняли генералов и офицеров, кои долго теснились у двери и мешали их запереть. Развалясь в кресле, в самом непристойном неглиже, засунув мизинец в нос, с глазами, бесцельно устремлёнными в потолок, этот молодой человек с лицом холодным и надутым едва удостаивал обращать внимание на окружающих. Он забавлялся дурачеством своей обезьяны, которая скакала по головам подлых льстецов, или разговаривал со своим шутом. А в это время старцы, под началом которых он начал служить сержантом, — Долгорукие, Голицыны, Салтыковы и все остальные, — ожидали, чтобы он низвёл на них свои взоры, чтобы униженно приникнуть к его стопам.

Из всех баловней счастья ни один, кроме Зубова, не был так тщедушен и наружно, и внутренне».

Но время шло. Екатерина была не вечна. Платоше, с восшествием на престол Павла I, всё очень скоро аукнется.

При новом императоре будет создан и Лейб-гвардии Егерский полк, который зародился в составе его Гатчинских войск из роты лёгкой пехоты.

Командиром её был премьер-майор Рачинский Антон Михайлович. Форма егерей отличалась от прочих Гатчинских войск зелёным камзолом. При воцарении Павла I Высочайшим приказом от 9 ноября 1796 года все Гатчинские войска получили права старой гвардии, а существующие в Семёновском и Измайловском полках егерские команды слились с этой ротой, образовав Лейб-гвардии Егерский батальон трёхротного состава. В 1800 году место Рачинского занял князь Багратион. В 1806 году батальон удваивается в своём составе, и рождается Лейб-гвардии Егерский полк. Через год велено было сформировать третий батальон, и командиром гвардейских егерей стал полковник Бистром. Долгие годы полк квартировался у Семёновского плаца в Санкт-Петербурге, занимая семёновские казармы на Звенигородской улице, позже названные Староегерскими. Затем переехал в специально построенные для него — Новоегерские на Рузовской — дома 14, 16 и 18.

Полк доблестно сражался во многих войнах и кампаниях, покрыв себя доблестью и славой.

Первым большим сражением для него стала Битва при Аустерлице 20 ноября 1805 года.

Но до этого ещё было далеко, пока же Россией правила Екатерина Великая.

В Речи Посполитой, где после второго раздела стояли русские войска, было неспокойно. Поляки не могли смириться с утратой земель и сокращением вооружённых сил до пятнадцати тысяч человек, принятых Гродненским сеймом летом 1793 года.