Егерь императрицы. Русский маятник

Зовут как?

– Афана-асий, – протянул тот, косясь на шагавший за генералом десяток егерей.

– Охрана, брат, без неё никак, – перехватив взгляд, пояснил Алексей и усмехнулся. – Сам понимаешь, чужая нам пока ещё тут земля.

– Так точно, ваше превосходительство, шибко чужая, – подтвердил тот. – Мы и сами по одному даже в самом городе не ходим, а уж за его стенами и подавно.

– Что, неспокойно тут? – поинтересовался Егоров.

– Шаля-ят. Давеча Трофима Кривого, из третьей роты, у нижнего колодца ножом пырнули. Не до смерти, конечно, а так, но крови из него много вышло.

Да он и сам виноват, кто же это ночью да по чужому городу один ходит?

– Это точно, ночью, тем более одному, нельзя, – согласился Алексей. – Да у него, небось, свой, важный интерес на то был?

– Да какой там интерес, ваше превосходительство, так, – ушёл от ответа, недоговаривая, капрал. – А вот за стенами совсем небезопасно стало. Несколько раз на фуражиров в сентябре горцы нападали. А три дня назад так и вовсе на казачий разъезд наскочили возле Алпан, еле ускакал он от них, троих недосчитались станичники.

То ли их подстрелили, то ли на аркан взяли, того не ведаю. А вы к нам надолго?

– Пока не успокоится тут вас, – ответил Алексей.

– Это хорошо, – вздохнув, произнёс Андреев. – Ваши-то егеря – хорошие стрелки, небось, угомоните самых прытких."

"За разговором подошли к выложенному из белого камня ханскому дворцу. Генерал Булгаков был на месте и пригласил Егорова к столу.

– Ужин ещё часа через три, пожалуйте отпить пока кофе, Алексей Петрович.

Я ведь сам казацкого рода, – рассказывал он, прихлёбывая из фарфоровой чашки. – Предки мои с Дона. А Кавказскую линию по большей части казаки и держали. Да она-то не там, где сейчас, раньше проходила, а гораздо севернее, по Кубани и Тереку. Ей перед второй турецкой сам Александр Васильевич Суворов командовал. Ох и боевой генерал! «Все камыши выжечь!» – кричит. Три дня, и река Кубань вся голая стоит, попробуй-ка проберись на наш берег. Девять крепостей при нём заложили, а меж ними малые укреплённые посты выставили. Да-а, ну а уж потом Павел Сергеевич Потёмкин, племянник князя Потёмкина Таврического, линией командовал. Тоже хороший генерал, сильно он её за три года укрепил. Это при нём ведь крепость Владикавказ на пути из Дарьяльского ущелья встала, вот и начали Военно-Грузинскую дорогу к Тифлису ладить.

– Сергей Алексеевич, ты тут полжизни у Кавказа провёл, – произнёс уважительно Алексей.